Автор
13 октября 1813 года, в Карете тряхнуло. Эванджелина Пембертон подняла глаза на двух хмурых женщин — Леди Стентон и ее дочь Сьюзен. Мрачное выражение лица леди Стентон было таким же презрительным, каким она встретила Эванджелину у своей двери.
Девчонка Стентон уставилась в упор, будто у него вдруг отросла еще одна голова. Бенедикт и Франсина Радерфорд переводили взгляд с него на примятый газон, а потом на близнецов и сами не удержались от смеха. Роуз посмотрела на него с бледной полуулыбкой и задумчивым выражением в глазах.
Он поднялся на ноги, кратко объяснил девочкам правила игры и направил их к первым воротцам, чтобы они могли нанести удары по шару.
— Не забывайте, — напомнил он и наклонился помочь как следует размахнуться, — то, что я вам помогаю, не означает, что мы одна команда.
Они уронили свои молотки и бросились через газон, поддавая ногами в сапожках шар, чтобы придать ему большую скорость.
— Ты слишком добр к ним, — послышался за его спиной неуверенный голос подошедшей Нэнси — Домой они вернутся избалованными и испорченными.
Он усмехнулся:
— А для чего же дядя?
Нэнси фыркнула и изменила позу:
— Я тебя предупредила. Теперь ты вошел в роль и стал любимым дядюшкой."
"Он уставился на нее, не произнося ни слова, пока она брала свой первый шар.
Любимым дядюшкой? Он? Все, что он сделал, — эта поговорил с ними. Поддразнил. Немного поиграл. Он оглянулся на оживленную смеющуюся толпу гостей. Неужели он сам заключил себя в заточение по собственному выбору, отстранившись от равных ему по положению людей, иони терпели его общество многие годы, а он не потрудился приблизиться к ним?
Он поискал глазами Эванджелину. Ему надо было подойти к ней и извиниться за свой шантаж.
— Снова предаешься идиотским мечтаниям, Лайонкрофт?
Эдмунд ухмылялся, глядя на него поверх серебряной фляжки.
— Я не предаюсь мечтаниям.
По крайней мере он на это надеялся.
— Можешь сказать это любому, кто смотрел на тебя во время еды. Да, впрочем, все это видели. Готов поспорить, что, если бы нас не было рядом, ты бы задрал юбки этой девчонке Пембертон прямо здесь, на траве.
Гэвин вышиб фляжку из его рук:
— Упомянешь ее юбки снова, и я сотру ухмылку с твоей физиономии вот этим молотком.
Эдмунд упал на землю и схватил свою откупоренную фляжку.
— Эй, полегче! — Он шарил пальцами по траве в поисках крышки. — Я не знал, что дело обстоит так серьезно.
— Теперь знаешь.
Гэвин отвернулся, с силой ударил по шару и загнал его в воротца, потом направился к мисс Пембертон.
Если она и заметила его приближение, то виду не подала. Вместо того чтобы повернуться к нему, она все свое внимание сосредоточила на шаре, нанесла удар и отвела молоток назад.
— Прошу прощения, — обратился он к ней.
