Автор
13 октября 1813 года, в Карете тряхнуло. Эванджелина Пембертон подняла глаза на двух хмурых женщин — Леди Стентон и ее дочь Сьюзен. Мрачное выражение лица леди Стентон было таким же презрительным, каким она встретила Эванджелину у своей двери.
Она ответила ему благодарным взглядом. Союзник! Наконец-то!
— Он не ручной и не укрощенный, — продолжал мистер Тисдейл, — но не вызывает сомнения то, что он следовал за вами по пятам, как пантера, учуявшая запах жертвы и упорно преследующая добычу. Он был настолько увлечен преследованием, что забыл о приличиях. И это постыдное поведение. Со стороны вас обоих.
Эванджелина замерла на полушаге:
— Что?
— А я вовсе не против постыдного поведения, — пробормотал Эдмунд, нащупывая что-то в кармане сюртука. — Мне было бы интересно посмотреть, как потерявший голову от любви дьявол и его ангел совершают прилюдно любовный ритуал ради забавы гостей.
— Какая незадача, — послышался из-за угла низкий голос мистера Лайонкрофта, шагнувшего из соседнего коридора. В глазах его сверкали искры едва сдерживаемого гнева. — Я совершаю этот ритуал приватно, если, конечно, ты не имел в виду другого дьявола."
"— Нет, я имел в виду тебя. — Эдмунд торопливо глотнул из своей фляжки и отступил назад. — Ты собираешься удержать ее здесь?
Хотя Лайонкрофт не ответил ему, его взгляд, не отрывавшийся от Эдмунда, говорил больше, чем слова.
— Потому что, если ты не сделаешь ее своей любовницей до того, как тебя повесят, — продолжал Эдмунд, — я бы не отказался пару раз покувыркаться с ней в постели, прежде чем передать ее другому джентльмену.
Лайонкрофт оказался на другой стороне узкого коридора так стремительно, что Эдмунд едва успел вздохнуть, как оказался прижатым к стене. Фляжка выпала из рук. Ноги негодяя теперь болтались в воздухе.
— Дотронься до нее, — прорычал Лайонкрофт, — и умрешь.
— Гэвин! — Леди Хедерингтон вынырнула из другого коридора и всхлипнула при виде этой сцены. — Гэвин! Сейчас же убери руки от Эдмунда!
— Именно это я и говорю, — согласился мистер Тисдейл, делая жест тростью в сторону Лайонкрофта. — Вот и еще прекрасный пример недостойного поведения.
Прошла секунда полной тишины, прежде чем Лайонкрофт сделал шаг назад.
Эдмунд упал на пол, хватаясь руками за горло. Но не успел он приземлиться, как вскочил, ощупывая бок:
— Мое виски! Ты разлил мое виски!
Лайонкрофт пожал плечами:
— Не сомневаюсь, что это мое виски.
— Но из-за девчонки? Ты готов разлить из-за девчонки доброе виски?
— Я бы пролил и твою кровь, если бы мне не было жаль моих ковров.
— Гэвин, — послышался снова придушенный голос леди Хедерингтон. — Пожалуйста, не говори так. Что случилось?
— Ничего.
