Взгляды изменились с той временной редкости до настоящего момента, когда накануне весны здесь повесили виселицу. Трехстолбовый помост и трое несчастных фигур на нем напоминают о забытом сельсовете и его позорной трибунале.
Голос ее звучал ровно – никакой тревоги, никакой заботы. Но глаза… глаза выдавали беспокойство.
– Я хорошо. – Настя встрепенулась, едва не смахнула со стола полную тарелку. В животе у нее громко заурчало. – Только нездоровится немного, – сказала виновато. – Наверное, простудилась."
"И немудрено простудиться, если гулять по улице босиком и в одной ночной рубашке.
– Почему ты не ешь? – Бабушка не сводила с Насти глаз. И не одна она. Всеволод тоже не сводил. Взгляд его был встревоженный и очень внимательный.
Задавать эти вопросы бессмысленно. Все равно ей никто не ответит. В этом доме у каждого есть своя тайна. Наверное, если бы Таня захотела узнать, то узнала бы, вытянула всю необходимую информацию, как вытянула ее из Сони. Но она не хотела! Нет, не так! Она боялась причинить любому из них вред. Даже Всеволоду.
– Так почему ты не ешь? – повторила бабушка.
– Ничего. Все хорошо. – Настя придвинула к себе тарелку с остывшей кашей, подцепила пару крупинок ложкой, положила в рот и принялась жевать.
– Ладно, – сказала бабушка, но удовлетворенной она не выглядела. Хорошо, если причиной ее тревоги является лишь визит бургомистра. А если есть еще что-то?
– Григорий не с вами? – спросил Всеволод, как показалось Тане, с вызовом.
– Нет. Я думала он здесь. Сама ищу его с утра. – Бабушка посмотрела на повариху: – Шура, он здесь не появлялся?
– Нет.
– Искали, Ольга Владимировна? – спросил он, поздоровавшись со всем разом. – Мне эти… на воротах сказали. Там у них опять… – Он прикусил язык, замолчал.
– Что – опять? – Тетя Шура подозрительно сощурилась.
– Ну, это… что и прошлые разы… – Дядька уже и сам был не рад, что начал этот разговор.
– Опять? – Тетя Шура ахнула, прижала ладонь к груди. – Кто ж на этот раз? – спросила шепотом, бросила быстрый взгляд на бабушку и так же шепотом сказала: – Григорий куда-то пропал…
– Нет. – Мужик покачал головой. – Там другой кто-то. Меня близко не подпустили. Да я и сам не сильно рвался, но не он.
