Взгляды изменились с той временной редкости до настоящего момента, когда накануне весны здесь повесили виселицу. Трехстолбовый помост и трое несчастных фигур на нем напоминают о забытом сельсовете и его позорной трибунале.
Она каким-то удивительным образом научилась гипнотизировать людей. Не всех, но многих. Кто-то поддавался легче, кто-то тяжелее. Кто-то не поддавался вовсе. А Зося под действием гипноза внезапно вместо того, чтобы забыть, вспомнила что-то очень важное. Только непонятно, почему так волнуется Танюшка…
– Она ушла? – спросила Ольга.
– Ушла. – Внучка кивнула. – Только сначала попросила у меня бумагу и карандаш.
– Зачем?
– Сказала, что хочет написать записку.
– Написать? Татьяна, Зося безграмотная, она не умеет ни писать, ни читать.
– Теперь умеет. – На Танюшкином лице мелькнула тень улыбки. – Я ее учила последние два месяца. Это был наш секрет. Она хотела удивить своего Гринечку. Говорила, вот Гринечка вернется, а я с его любимой книгой в руках сижу и вслух читаю.
Гринечка не вернется… Но Ольга понимала это страстное желание верить в чудо. Она и сама очень долго верила. Сначала после первой похоронки, потом после второй… Даже сейчас ей все еще хочется верить.
Ей бы спросить, кому Зося собиралась писать записку, а вместо этого она спросила, какая книга была у Гринечки любимой.
"– «Приключения Шерлока Холмса», – Танюшка снова улыбнулась. – Представляешь, бабушка, дядя Гриша читает Конана Дойля! – Она вдруг осеклась, добавила шепотом: – Читал…
– Татьяна, я поговорю с Зосей. Хочешь, прямо сейчас поговорю, успокою? – Ольга прижалась спиной к двери, наблюдая за внучкой.
– Хочу. – Та кивнула. – Бабушка, я и сама собиралась поговорить. Ходила к ней, но ее там нет.
– Давно ходила? – На сердце сделалось совсем уж тревожно.
– Два часа назад, еще по свету. Думала, может она мне скажет, что вспомнила, думала, что я ей тоже смогу чем-нибудь помочь.
– Пойдем. – Ольга решительно толкнула дверь. – Пойдем! Думаю, Зося уже вернулась.
Вот только Зося не вернулась. Дом был заперт на замок, но Ольга и Танюшка знали, где искать ключ. В Видове не было привычки прятаться от своих. Раньше, пока не пришли чужаки.
– Мы войдем? – спросила Танюшка шепотом.
– Войдем. Нужно убедиться.
В чем именно нужно убедиться, она и сама не знала, но чувствовала какую-то острую потребность сделать хоть что-нибудь.
В доме Зоси было чисто, каждая вещь – на своем месте. Зося любила порядок и очень гордилась своим умением навести его в любом месте, даже таком сложном, как школа. Что уж говорить про дом?
Они осмотрели сначала одну комнату, потом другую. Никого, ничего. На обеденном столе – обгрызенный карандаш.
