Автор
Летом 1816 года за Лондонскими пределами разбойник наблюдал через рогатую луну, ожидая своей очереди на казнь. Темнота ночи лишь подчеркивала его замкнутость и одиночество, как будто мир отвернулся к нему спиной. На его плечах носил маску из теней, скрывая истинную природу - частью грешной, частью святой....
Крессида и во сне не видела, что может когда-нибудь встретиться с ним в подобных обстоятельствах.
– Я играл эту роль только одну ночь.
– Вы находите, что быть преступником весело?
– В некотором роде. Меня радуют вытекающие из этого поступка последствия.
– Я думаю, что вы сошли с ума.
– На твоем месте я гнал бы от себя такие мысли. Это довольно страшно – быть во власти безумца. – Он помолчал. – Вернемся к вопросу о твоем освобождении. Я не могу позволить тебе отправиться к лорду Крофтону, поэтому должен принять меры, чтобы ты до утра не исчезла.
Его взгляд скользнул по ее груди. Было заметно, что она дышит взволнованно. Крофтон настоял на том, чтобы на ней было вечернее платье с большим вырезом, и теперь Крессида краснела под взглядом Сент-Рейвена. Она вспомнила, как герцог запихнул в вырез ее серьги и деньги. Девушка подняла руку, стараясь прикрыть себя, и почувствовала, как шуршат банкноты.
Крессида поймала взгляд Сент-Рейвена:
– Ваша светлость, я раздета, разута, нахожусь бог знает где.
– Сейчас уже завтра. Ты не уйдешь, пока мы не позавтракаем и не поговорим о делах.
Она терпеть не могла, когда ей приказывали, но все-таки подчинилась.
– Очень хорошо.
– Слово чести?
Она помедлила и ответила:
– Даю слово чести.
– Тогда пойдем.
Сент-Рейвен встал, взял канделябр и повел ее в соседнюю комнату. Только в этот момент, видя перед собой его огромную фигуру, Крессида поняла, что он сидел в ее присутствии, чтобы она не чувствовала себя рядом с ним ничтожной и не смотрела на него снизу вверх.
Могла ли она предположить, что он будет таким чутким и тонким человеком?
Глава 3
Эта комната выглядела так же, как спальня герцога, только занавески были синими. Крессида решила, что это скромное сельское поместье – странное жилище для герцога. Скорее всего это укрытие при его разбойных нападениях. Сент-Рейвен зажег свечу.
– Все слуги спят. Я принесу тебе горячей воды.
Она чуть было не засмеялась – он был таким хозяйственным. Что до нее, ей было все равно. Сон подкрался к ней, как захватчик, веки отяжелели.
– Хорошо.
– Если тебе что-нибудь понадобится, я в соседней комнате. – Голос звучал игриво. Усмешка и изгиб бровей придали фразе двусмысленность.
Крессида вспомнила, что у герцога Сент-Рейвена была репутация не только сумасброда, но и неразборчивого в связях ловеласа.
