Автор
Начинается история в тихой дремучей глубине времен, где голос — это ключ к пропасти. Глеб погружен в мгновения детства, когда каждое слово гласит смерть и живая краска жизни, как будто древние дикие пчелы прятали тайны под сладким жалобным шёпотом. Теперь это не просто слова: они ведут к пропасти, и Глеб, словно рыцарь без сапогов, бросается в её объятия....
Мазнул взглядом по стоящим на полке кубкам.
-Танцы?
- Да... А теперь, вот, не потанцует...
Голос Ларки снова дрогнул. Глеб отложил альбом и подошел на шаг ближе.
-Лар...
Она заплакала. Обхватила полы его пиджака и заплакала. Привычным движением Глеб похлопал женщину по спине.
- Ну, все... Все... Как-то да будет.
А потом он почувствовал это... Ее поцелуй на своей шее. Жаркий, жадный, отчаянный. Чужие руки оторвались от пиджака и скользнули вверх по груди, обхватили шею. Чужой рот прижался к губам. Острые ногти царапнули кожу.
- Нет, Лара... Слышишь? Нет. Это не выход.
Она замерла, осмысливая его слова. Опустила голову. Глеб отступил еще на шаг. Ларка обхватила себя руками.
- Вот как... Теперь я не про твою честь, выходит?
- Не в этом дело, Ларис. Просто сейчас тобой движет отчаяние. Завтра ты бы проснулась и пожалела о случившемся. Я этого не хочу.
- О моих чувствах заботишься? - прошептала, поворачиваясь к нему спиной.
- Разве это плохо?
- Уходи.
Глеб ушел, тихо прикрыв за собой дверь. Долгое время он жил на взводе. Женщины у него не было вот уже... скоро полгода. С тех пор, как он увидел Наташу, и другие перестали для него существовать, возбуждать, вызывать желание. Легко бы было поддаться. Но он не хотел. Однажды решив для себя ждать Наташу столько, сколько потребуется - он ни на йоту не отступал от своего решения, хотя чем дальше - тем становилось труднее.
Доехав до больницы, Громов припарковался и пошел к крыльцу, но в последний момент оглянулся. Наташа сидела на скамейке между куцых клумб. Резко поменяв траекторию движения, Глеб направился к ней. Еще издали заметил, что она чем-то взволнована. Это выдавали хаотичные движения рук и застывший, стеклянный взгляд. Не представляя, чего ему ждать, Громов сел рядом. Осторожно коснулся пальцами острого подбородка, привлекая к себе внимание.
- Что случилось?
- Кириллу стало хуже.
С лица его рука переместилась на ее беззащитную шею. Чуть надавил, привлекая Наташу к себе. Ее живот коснулся его. Он уловил первую неправильную судорогу, но не придал ей значения. Коснулся губами макушки, понимая, что это запрещено, но не зная, как еще ему утешить Наташу.
- Нас ведь предупреждали, что так может быть...
Она промолчала. Тряхнула головой.
