Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
Собственница просмотрела резюме Ленки и хочет со мной переговорить.
Честно говоря, я надеялась, что все пройдет в штатном режиме — в конце концов, это рядовая должность. Личный интерес собственницы — не очень хороший знак.
Я неаккуратно и жадно запихиваю в рот остатки пирога, запиваю кофе и вылетаю на улицу, на ходу набирая сообщение Призраку: «Прости, убежала работать!»
Грозная ждет меня в малом конференц-зале: сидит за столом с видом человека, который всем своим видом хочет «озвучить» свою же фамилию — Грозная.
"Я дверь не успеваю закрыть, как она озвучивает причину своего сурового вида:
— Мария Александровна, вам не кажется, что карт-бланш на возможность проявить свой талант в столь юном возрасте не распространяется на возможность устроить местечковый семейный подряд?
Ясно, понятно.
Как я и думала.
Хорошо, что была к этому готова и спокойно выдерживаю претензию. По правде говоря, вполне обоснованную.
— Елена Игоревна, кроме того, что моя подруга, еще и прекрасный исполнитель. Я взяла на себя смелость рекомендовать ее на должность не из-за нашего с ней приятельского общения, а потому что лично знаю о ее трудолюбии и усердии.
Собственница вздыхает.
Наверное, отсутствие истерики и тот факт, что я сразу не включила «заднюю передачу», играет мне на руку, потому что угрюмое лицо Грозной постепенно разглаживается.
— Я видела рекомендации, — чуть помедлив, говорит она. — Признаться, они меня впечатлили.
— Я бы не стала рекомендовать кого-то только потому, что иногда пью с этим человеком кофе.
— И насколько сильно вы умерены в том, что ваша дружба продлиться долго?
Я не очень понимаю, куда она клонит, и Грозная поясняет:
— Мне бы не хотелось, чтобы ваши личные отношения привели к тому, что в критический момент «ТриЛимб» останется без ценного сотрудника только потому, что вы с вашей подругой по какой-то не рабочей причине больше не сможете вместе пить кофе.
Понятно. Даже стыдно, что я сама не догадалась пролить свет на эту сторону вопроса.
— Тамара Викторовна, мне нужна эта работа, — ни капли не лукавлю.
Грозная снова вздыхает.
В ее возрасте, наверное, уже можно не верить никаким громким словам и обещаниям, но я действительно даже не представляю, что должно случиться, чтобы мы с Ленкой поссорились.
