Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
Я только рассеянно моргаю, и когда на глаза снова наворачиваются слезы, папа тут же начинает шутить по поводу зареванной невесты со старой картины, и первым выходит из машины.
Теперь осталось только сделать последний шаг.
И хорошо бы, чтобы в этот момент сомнения покинули мою голову раз и навсегда.
Глава 55
Наша свадьба оформлена в лучших традициях американских романтических фильмов: красивая свадебная арка из белых цветов, два ряда скамеек для гостей и дорожка между ними, по которой папа ведет меня прямо навстречу новой жизни.
Сейчас у нас просто красивая церемония, как любит шутить Маруся «для этих ваших инстаграмов». Официальные документы мы подпишем «за кулисами», после торжественного момента.
А пока, под красивую музыка маленького оркестра, папа медленно ведет меня к Гарику.
Мой почти_муж сказал, что сам выберет в чем вступать в брак, так что его «наряд» был для меня загадкой до сегодняшнего дня. Но чем ближе я подхожу, тем больше понимаю, что сегодня он по-особенному хорош. В классическом черном смокинге, но без галстука и бабочки, что придает его выхолощенному образу аристократа некоторой дерзкой расхлябанности.
Я непроизвольно ускоряю шаг, но чем ближе подхожу, тем отчетливее замечаю, что мой модный денди выглядит… очень уставшим. Как будто в этом своем Мюнхене он не подписывал документы, а ворочал мешки с цементом двадцать четыре на семь.
Совсем не спал?
Даже бизнесменам необходим сон, а тем более, если речь идет о многомилионных контрактах. Значит, у этого изможденного вида должна быть какая-то другая причина.
Неужели, правда Эльмира? У меня так и не было возможности выяснить, действительно ли она ездила в Мюнхен и пересекались ли они.
Отец передает меня Гарику, словно сокровище.
Мужчины обмениваются рукопожатиями, и перед аркой, внутри которой стоит ведущий церемонии, остаемся только мы.
Гарик смотрит на меня так, словно видит впервые.
И мое женское самолюбие не может не тешить, что его взгляд, кажется, впервые за время нашего знакомства, наполнен нерешительностью.
— О чем ты думаешь? — спрашиваю шепотом, пока мы держимся за руки, словно влюбленные школьники на балу по случаю последнего звонка. — Ты как будто ждал, что сегодня вместо меня тут будет кто-то другой.
— Ты всегда почему-то шутишь, когда нервничаешь, — говорит Гарик, игнорируя мой вопрос. — Просто я смотрю на самую красивую женщину в моей жизни, вот и все.
