После поражения в войне оборотни вынуждены подчиняться победителям-вампирам. Девушки оборотней обязаны кормить их по требованию. Для Марии этот «крайний случай» наступает, когда её жизнь неожиданно переплетается с опасным вампиром. Романтический конфликт между долгом и чувством определит её...
— Что…что ты делаешь? — ошарашенно спросила она, чувствуя, как слабеют ноги.
И слабели не только её ноги. Но и воля.
Мария, точно находясь по другую сторону реальности, посмотрела со стороны на Демьяна. Как тогда, в первый раз, когда она увидела его в тренажерном зале….И снова её пронзила крамольная мысль, что он невероятно, грешно красив. Она смотрела на мужчину, и чувствовала, что что-то внутри, там, в области низа живота, начинает клубиться и сжиматься в тугой комок. Ещё никогда, ни разу, она не реагировала так на мужчину….
— Я трогаю тебя, — с придыханием ответил Демьян, и его пальцы дотронулись до напрягшегося соска и легонько сжали.
У Марии потемнели глаза, в горле запершило, и она, испытывая легкий шок, посмотрела на свою грудь, точно она не была частью её тела.
— За…зачем?
— Что зачем?
— Зачем ты трогаешь меня?
Более глупого вопроса она задать не могла.
— Потому что хочу. Потому что ты для меня желанна. Потому что ты очень красива.
Он мог бы добавить, что своими прикосновениями уничтожает ласки другого мужчины, но воздержался. Не к месту. Пусть между этим ублюдком и Машей существует связь, но он её порвет! Порвет раз и навсегда! Он заставит её забыть его! Она будет принадлежать только ему! И ни о каком чертовом оборотне даже не вспомнит!
Глубинный рык готов был сорваться с его губ, но он снова сдержался, не желая пугать Машу. У него мелькнула сумасшедшая мысль, что уж больно странно она реагирует на его прикосновения, точно никто никогда ни разу не прикасался к её обнаженной груди. Но он прогнал эту мысль прочь, чтобы не обольщаться.
Её груди были совершенны. Полные, тяжелые с красивыми розовыми сосками, ещё сохранившими влагу после купания. Капельки воды прочерчивали дорожку по нежным холмикам, оставляя светловатый след. Сбивчивое дыхание Марии заставляло их призывно подниматься и опускать.
Демьян не мог не внять этому призыву, и, нагнув голову, лизнул сосок. Маша снова пискнула и сделала шаг назад, но Демьян снова удержал её. Он не собирался позволять ей убежать.
Только не сегодня.
— Даров…
Мысли Марии спутались в один неразборчивый клубок. Одна её сущность требовала, чтобы она вцепилась в его волосы и оттянула прочь. Другая…та, которая только-только начинала просыпаться, искушённо нашептывала, что она должна уступить. Нет, не всю себя, а чуть-чуть…. Ей же очень хотелось. Лишь один Демьян Даров смог разбудить в ней женщину, растормошить чувственность, заставить пылать.
