В этой четвертой части война достигла своего апогея — поле битвы выстроилось в бесконечную цепочку черепов. Однако радости от этого не было, лишь трагическая печаль ожидает за каждым поворотом. Победа обреченного не принесет больше сил для дальнейших побед и атмосфера будущих призов гаснет под давлением древних прозвищ....
— От византийского вельможи слышать такую похвалу многого стоит, — я улыбнулся.
— Говорю с тобой, воевода, сейчас, так прямо домом повеяло. Плетешь слова ты хорошо, плутливый, какие часто у императорского трона бродят, — Арсак улыбнулся. — Только я не грек, я армянин, военный, чьи предки оставались опорой для трона даже когда все остальные предавали. Я проще и прямолинейнее, будь собой. Ты же то же воин!
— Учту, — скупо сказал я.
— Братский воевода! — позвала меня Евдокия. — Подойди ко мне!
— Осторожнее, Владислав! — то ли предупредил, то ли озвучил угрозу армянин.
Понятно было, от чего меня предостерегает византийский посол. Да я и сам избегал общения с Евдокией. Но, если просит будущая императрица, да прилюдно, подойти к ней, то игнорировать нельзя. Это уже унижение невесты императора, что так же не лучший для меня вариант.
— Княжна, ты звала меня? — спросил я, лишь чуть заметно поклонившись.
— Звала, воевода Братства. У меня есть вопросы к тебе, но главный — кто эти люди и почему они смотрят звериными глазами на моих служанок? — спросила Евдокия.
«Что за вопрос княжна? Тебя же сейчас слушают твои будущие подданные! Еще подумают, что глупа», — мысленно покорил я невесту императора.
Однако, промелькнувший в глазах Евдокии лучик озорства, подсказал, что я ошибаюсь. Нет, не глупость сказала княжна, она решила своим вопросом отомстить мне, заставить искать сложные формулировки, чтобы обойти единственно верный ответ, что бродники смотрят зверями на девок, потому что хотят их.
Впрочем, почему бы не увидеть покрасневшие щечки девичьи от слов прямых и понятных воину. Сказал же мудрый армянин, чтобы я был собой!
— Все потому, княжна, что мужи эти в своих помыслах девок раздели, сопряглись с ними, после еще пару раз раздели и… — куражился и я.
— Я поняла! — выкрикнула Евдокия и удалилась во внутренние помещения большого византийского корабля.
— Просто не попадайся ей на глаза, воевода. Коли ты еще юн, то объясню…- начал было меня наставлятьпожилой воевода Дмитр, ставший, как и многие, свидетелем нашего короткого разговора, но я одернул его.
— Не с отроком ведешь разговоры, — сказал я, отправляясь ко Вторуше.
Нужно было узнать, сколько, все же груза можно еще взять на ладьи, с учетом того, что большую часть трофеев после столкновения с отрядом половцев, оставим бродникам.
Глава 21
Вечером я принял клятвы двенадцати бродников, наиболее уважаемых в их среде.
