Они последовали за князем, за которым, казалось, стоит удача и Бог. Но теперь должны думать, что ошибались.
Ну, и вторая причина того, что князь сморщился, — это его потери. Даже невооруженным взглядом видно, что немалая часть дружины князя хворые, больные. На телегах и даже на сырой земле, лежали десятки ратников. Что-то мне подсказывает, что это результат особо удачной диверсии Стояна.
— Чего ты хочешь добиться? Сечи? Ростислав Юрьевич, ну не жалко мне тебя, все равно готов убить. Прости меня, или не прощай, мне все равно. Но ты же пришел сюда и не ушелсразу, когда понял, что я взял Владимир, — сказал я и понял, что попал в точку.
У Ростислава в голове имелся какой-то выход из положения. Мне даже стало очень любопытно, что именно выдумал князь. Казалось, вариантов и не осталось.
— Ты отпускаешь сына, мне даешь под княжение те городки, что Братство взяло и что выстраивает у реки Камы, а я еще выбиваю отца твоего, Богояра и занимаю то, что он украл. Так я получаю свое княжество, выстраиваю его, как отец мой, Юрий Владимирович выстраивал Ростовско-Суздальское княжество, — выдал свою завиральную идею Ростислав.
Я слушал его внимательно, предполагая услышать нечто мудрое, откровение, которое было мне недоступно. Все же передо мной родовитый Рюрикович. Но…
Я подумал. После еще раз взвесил предложение Ростислава Юрьевича, и… Ну, не нашел никакого компромисса, ни попытки создать систему сдержек и противовесов. А еще, что Ростов, что Суздаль, это города, которые существовали задолго до появления в этих местах Юрия Долгорукого.
— Князь, такие предложения нереальны, они не исполнимы, — отвечал я тоном, с которым отец мог рассказывать своему крошке-сыну «что такое хорошо, а что такое плохо».
— Отчего? Я стану с Братством торговать задешево всем, что найду, — несколько наивно сказал князь. — Тебе в этом будет выгода. И я в союзниках. Завсегда помогу. Мало этого?
Хотя… нет, это не была наивность. Это попытка меня обдурить. Новгородцы уже много разведали в тех краях. Недаром, целые города собирались строить, да остроги рубить. Знают они, что не так хорошо в тех местах рожь растет, но все равно идут и готовы переселяться, вкладывать ресурсы.
Соль, пушнина, выход на прямую торговлю с булгарами, с народами на Каме и за ним. То есть, Ростислав, прознав об изысканиях новгородцев, посчитал, что может сесть на все эти богатства? И даже имел бы шанс, не будь и я осведомлен, что именно может быть на Каме и дальше на восток.
Некогда, в иной реальности.
