В темноте и мраке ужасного места, где казнили невинных, два охотника заряжают обрезы с папковыми патронами, готовясь к опасной прогулке. Валера, напуганный происходящим, продолжает изучать их действия, будто подозревая, что они на самом деле являются злодеями.
— Мне тут Ден нашептал, — сказал я, — что у вас тут по-крупному в картишки перекинуться можно.
— У нас входная ставка высокая, — Татарин холодно улыбнулся и добавил тоном заговорщика: — Пять тыщ баксов.
— Да без базара, чё, думаешь у меня столько нету? — я полез под пиджак.
— Да не сейчас, — он отмахнулся и достал из кармана стопку карточек. — Вот, это надо показать охраннику, а Денис Ильич знает, куда идти.
Карточки золотого цвета, на которой ничего не было, кроме горизонтальной черты и слова «Шанс». Татарин вписал моё имя и фамилию над чертой.
— Надо две, — я поднял средний и указательный палец. — Ещё охранник со мной придёт, он деньги мои носит, в натуре. Давай сделаем, Колян, Константин Лёвушкин это, впиши.
— Нежелательно, — проговорил Татарин, покосившись на меня.
— Ничего-ничего, он там посидит, книжку почитает, хе-е. Играть не будет, отвечаю.
— Ладно, — нехотя согласился он и вписал.
— А теперь, — я переглянулся с Денисом. — А теперь серьёзно, Татарин. Надо будет разыграть сценку.
— Погоди-погоди, — засуетился Татарин и начал подниматься. — Я и так два билета…"
"— Не мельтеши, посиди, — я с силой усадил его на место. — Ты послушай сначала, тебе же выгодно будет. Повторяю, надо будет разыграть сценку. Детали позже, а пока вкратце. Мы с Денисом придёт, начнём проигрывать деньги по-крупному, ты это проконтролируешь. А потом начнём отыгрываться… чтобы ты не пугался, говорю заранее. И вот тот человек должен проиграть в итоге всё, что у него есть.
— Чего? — возмутился он. — У нас репутация. Ты чё, всерьёз думаешь, что можешь…
— Тише, еду несут, — тихо сказал я. — И только вякни мне тут.
Татарин с удивлением оглядел нас обоих, будто увидел впервые. Но теперь и я звучал не как местный приблатнённый, да и у Хирурга взгляд изменился, стал яснее, но жёстче, опаснее, будто он целился.
Улыбающаяся официантка Ксения принесла нам пива в высоких запотевших бокалах, а на большой тарелке лежали порезанные куски ржаного батона, покрытые разными начинками, от икры до паштетов, всё это приятно пахло.
Официантка отошла, мы поулыбались ей, а после снова уставились на Татарина зверскими взглядами. Тот поёжился.
— Тебе же выгодно будет, — продолжил я. — Он будет проигрываться, всё подряд ставить. Половину бабла себе заберёшь, а поставит он много. Может, даже свой «Мерс» продует. У вас же там есть барыга, который покупает тачки по дешёвке.
— Мерс? — Татарин выпучил глаза.
