В темноте и мраке ужасного места, где казнили невинных, два охотника заряжают обрезы с папковыми патронами, готовясь к опасной прогулке. Валера, напуганный происходящим, продолжает изучать их действия, будто подозревая, что они на самом деле являются злодеями.
— Стрелять нельзя, — сразу сказал я, поворачиваясь к остальным на заднее сидение. — Будем хитрить. Но «Шанс» открывается после одиннадцати вечера. Место серьёзное, но у нас есть время всё спланировать.
— Там бывает Атаман и Дядя Ваня, — заметил Денис. — Дядя Ваня часто приезжает, говорят.
— Атаман меня в лицо не знает, — я задумался. — Но если ему скажут, что я брат Коршуна, — я глянул на брата, — могут быть проблемы. Да и если он почувствует, что что-то не так, сразу заявит.
— Грохнуть его? — Ярик усмехнулся.
— А вот Дядя Ваня — проблема. Он в картах понимает, сразу поймёт, что Татарин за нас играет.
В клубе есть постоянные игроки, есть редкие. Знакомый Дениса должен подойти вечером в ресторан, подскажет, что и как, но он не будет знать, что мы мутим.
И надо будет вывести из игры всех, но аккуратно, чтобы в какой-то момент остались только мы и Веселок. А в роли крупье будет сам Татарин, якобы тот, кто работает там, заболел, и он его заменит лично.
Казино всегда в выигрыше, как говорится.
Другая важная часть плана — Костя Левитан. С Веселовским я лично говорил всего раз, и Костя тогда присутствовал с нами. По моей просьбе Левитан спорил со мной прямо при Веселке, а бывший чекист живо захочет это использовать, ведь он уже посчитал это слабостью.
— Вот тут ты, братка, должен не сплоховать, — сказал я Косте. — Ты человек крутой, а мы сделаем вид, будто тебя не ценим, прямо там.
— Не обижайся только, — добавил Ярик.
— На об-биженных в-воду возят, — произнёс Левитан. — К-как надо, т-так и сделаю. Я в-в-в ш-ш-ш-к-к… — он махнул рукой, устав заикаться.
— В школе? — спросил я, чтобы он закончил фразу. Заикался он уже реже, но иногда заедало, из-за чего он быстро уставал и злился.
— Д-да, в ш-ш-школе н-на утренниках играл. М-может и здесь получится.
— Здесь тоже, своего рода. Намекни, что я блефую… как там было, Хирург?
— Что Лёха блефует при слабой карте, — подсказал Денчик, — а я — слишком осторожен.
— Да, — подтвердил я. — Он начнёт с того, что тебя не ценят, ты же крутой.
— А то, — Ярик пихнул его в плечо. — Спецура, а его начальство не ценит, — он усмехнулся. — Жизни не даёт.
— И вот, — продолжил я, — можешь даже обозлиться и предложить ему свои услуги. У него времени мало, он будет торопиться, обещать тебе золотые горы.
