Продолжение эпического приключения. Герои возвращаются в мир опасных тайн и грандиозных битв. Им предстоит раскрыть древние секреты, противостоять могущественным врагам и решить, на чьей стороне они окажутся. Третий том обещает неожиданные повороты и финальные откровения.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Г.Р.О.М. 3» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Продолжение эпического приключения. Герои возвращаются в мир опасных тайн и грандиозных битв. Им предстоит раскрыть древние секреты, противостоять могущественным врагам и решить, на чьей стороне они окажутся. Третий том обещает неожиданные повороты и финальные откровения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение эпического приключения. Герои возвращаются в мир опасных тайн и грандиозных битв. Им предстоит раскрыть древние секреты, противостоять могущественным врагам и решить, на чьей стороне они окажутся. Третий том обещает неожиданные повороты и финальные откровения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Запах табака перебил даже одеколон. — А просто встреча в приятном месте. Кормят здесь неплохо. Если никто не возражает, само собой.
— А мне-то чего возражать, — сказал я. — Уже и так все косятся, думают, кто я такой, раз знаю больших людей. Глядишь, и знакомиться подойдут.
И правда, все на нас смотрели, некоторые с террасы аж вытягивали шеи, потому что интересно им было, что такое происходит. И лицо новое видят, и удивляются, что я запросто говорю с приехавшим из Питера богачом и местным крутым чекистом. Брата моего знать могли, но меня ещё нет.
Веселовский об этом узнает, само собой, но знать он будет только то, что все видят, а видят они очень мало."
"Иванов здесь не просто так, он же нас свёл, тоже что-то планирует. Но зато может подсказать дельного, и немало.
— Вот только когда мы говорили про нашу проблему, — тон Александрова стал жёстче, — никто не имел в виду стрельбу.
— Бандиты постоянно стреляются, — я развёл руками. — Чуть ли не каждый день. Многовато, конечно, их полегло. Но зато по чистой случайности там оказались и шантажисты. Нам же это на руку.
— А теперь ищут, кто по ним стрелял, — добавил Иванов мрачным голосом.
— Сами и стреляли, конечно. Но пусть ищут. Может, даже найдут кого надо. Но то, что я обещал — выполнил, до парня уже никто не докопается, хвостов нет, твёрдых доказательств тоже. Что насчёт остального?
Александров посмотрел на меня, потом на сына, который мялся в сторонке, потом на чекиста, и шумно выдохнул.
— Я своё слово тоже держу. Обсудим, — он показал на ресторан, — там ушей меньше. Поедим заодно.
Прошли на второй этаж, и несмотря на то, что снаружи людей было много, внутри большая часть столов пустовала. Официанты в аляповатых бело-синих костюмах с кружевами проводили нас за овальный стол, накрытый белой скатертью. Сидеть предлагалось на кожаном угловом диване или в креслах, очень удобных на вид.
Приземлился на диван, развалился поудобнее. Александров с Ивановым сели напротив, внимательно меня разглядывая. Денис примостился где-то в сторонке, молчком, не разговаривал.
Появился официант, Александров-старший просто махнул рукой и поморщился, мол, принеси чего-нибудь и не мешай разговору. Такие просьбы никого в ресторанах не удивляли, и через несколько минут принесли бутылки водку в большой чаше, заполненной кусками льда. Без бухла не обходится ни один разговор в эти дни, особенно с богатеями и комитетчиками. Думал, ещё в сауну придётся ехать.
У Александрова зазвонила мобила, он поднялся и отошёл, прижимая телефон к ухе, а второй закрыл пальцем. Музыка играла громко, но какой-то непривычный здешним местам джаз.
За столиком неподалёку сели два парня, у одного вид бандитский, у второго — излишне слащавый, он ещё в белом пиджачке. Морды знакомые, значит, пересекался с ними в первой жизни.
