Путешественник из будущего попадает в девятый век и задумывается: что произойдет, если изменить ход русской истории? Вмешаться ли в судьбу Рюрика и его династии, чтобы спасти будущую Россию от векового гнета тиранов? Но каждое изменение прошлого таит опасность.
Они решили к тебе не переходить.
— Я их понимаю, Урвальд, сам когда-то воевал в своих землях.
— Коназ Гром, дозволь мне ещё подумать до лета. Как раз ряд закончится и я буду свободен от слова, которое дал. Очень хочу учиться воевать как ты и стать сильнее. Лучше буду два лета терпеть, зато стану очень сильным воином.
— Хорошо, Урвальд, я согласен. Но тебе придётся выполнять все приказы, даже тех, кто гораздо слабее тебя.
— Я готов…
Дану всего лишь девятнадцать лет, но он уже опытный воин. Странно, что соглашается на условия, которые слишком тяжелы для него и для его духа. В принципе, даже сейчас он очень сильный и умелый воин, так зачем же стремится к большему совершенству? Или это какой-то хитрый ход?
В феврале вспомнилось потому, что дошли новости из Алдоги. Туда прибыла ещё одна небольшая группа данов и теперь ищут место для службы. Это что за паломничество в наши края, когда их соотечественники громят разные места в Европе? Дошли слухи что кто-то из скандинавов уже на Пиренейском полуострове лютует. Надеюсь, что даны не собираются подмять под себя Алдогу? Или напасть на нас, чтобы ограбить.
Мы тут, понимаешь ли, ждём весны, чтобы проверить озимые. Очень важный эксперимент, особенно если полба выдержит холодное время года. Ну ведь как-то эти самые озимые сорта создавались хлебопашцами, не сразу же им выдали то, что нужно? К концу февраля раздали остатки заготовленной матпомощи, обеспечив в этот раз больше селян, чем в прошлом году. А значит у нас будет больше рабочих рук с весны по конец осени.
Ну когда же удастся весь край перевести на дополнительные корнеплоды, сколько лет придётся этим заниматься? Всё-таки картофель это действительно «второй хлеб» и он важен для земледелия. Раз уж здесь сейчас столь благоприятный климат, так чего жопиться и давиться репой? Вон, даже болгарские перчики прижились между кабачками и баклажанами на нашем огороде на открытом воздухе. Хорошо, что дядя любил острые блюда, мы вырастили острые перцы (зелёные и красные, которые узкие и кривоватые). Будет с годами приправа. Про наши сорта лука и чеснока и говорить не приходится, всё-таки века селекционирования сказываются.
Новости со Славенгрода потешили. Виталий злодействует одним из ближников бойра, но бесится от того, что Слав малоактивен. Интриг не строит, в чужие гадости не влезает, медленно запрягает… Впрочем все словенские набольшие нерасторопны почему-то, сначала семь раз отмеривают и лишь потом собак начинают кормить.
