Глава 1 в(Book: Громов: Хозяин теней) предлагает читателям мир холодных зеркал и глубоких душевных переживаний. Вместе с главной героиней, она преодолевает горизонты боли и непонимания в поисках своего истинного пути — среди черной магии и света безумия.
И ещё такое чувство, что сидеть смогу. Наверное. Или вот даже встану. Почему нет? А там, глядишь, доберусь до окна, выгляну…
— Поесть бы, — говорю, обрезая эти глупые мечтания. — Только… нормального чего. Мяса там. Мясо у вас есть?
— Есть, но, боюсь, вы ещё не готовы поглощать стейки. Точнее можете, запрещать не стану, — доктор глядит на меня преснисходительно. — Но ваш желудок их не примет. А коль хочется промывание…
— Ненавижу докторов.
Он только хмыкает.
— Есть мясное суфле. Можно попробовать. Или с бульона начать.
— Неси свой бульон, — ворчу. А потом добавляю: — Обидишь девчонку, Ленка тебе яйца оторвёт… ты не смотри, что она с виду дура дурой…
— Вы оба… странные, — доктор не обижается. А потом зачем-то говорит: — Пока… не стоит заглядывать вперед. В конце концов, будущее — штука сложная…
Вот тут я с ним согласен полностью.
Сложная.
Я уж пару месяцев как отбыть должен и не в райские кущи. В кущи таких, как я, не пускают. Чем дальше лежу, тем яснее понимаю, что сколько бы ты храмов не отстроил и свечек не купил, крови не отмоешь.
И потянет.
Куда?
Лучше бы не думать… я и не думаю. Бульон оказался ничего такой. Нет, со стейком не сравнить, но все одно лучше бурой размазни, которую в меня обычно пытались впихнуть.
Ленка тоже появилась.
Довольная донельзя.
— Я тут договорилась, — сказала она, устраиваясь рядом, — чтоб фонд открыли. Будем детишек лечить. Тут вот и будем. Тут оборудование хорошее. И врачи не хуже, чем в Швейцарии… и только расшириться надо.
Ленкино щебетание успокаивало. И думать не хотелось, о том вот, другом мире. А вот об этом — почему бы нет. Детишек лечить… да, дело хорошее. Я и прежде фондам помогал, но это больше порядку ради и полноты образа. Пиарщики там настаивали. Опять же с налогами можно было крутануть.
Но здесь и сейчас… другое.
— Доктор наш мозги промыл? — ворчу порядка ради. И Ленка, меня знающая, как облупленного, отмахивается:
— Дурак ты, Громов… вот… на кой эти деньги? Какой в них смысл, если так-то? Нет, есть, конечно… без денег хреново, но… лежат, лежат… у меня вот тоже никого-то нет, — взгляд её становится задумчивым и туманным.
— Почему…"
"— Ай, ты понимаешь. Фирмы, центры торговые… дома — это не то. Не так… не знаю. Душу щемит. Я… просто спросила, чем им помочь.
