Море медленно вздыхало под тяжестью обломков, и его глухие стоны скрадывались в ночную тьму. Подавленное состояние после известий о трагедии на заставе переполняло сердце, смешиваясь с резкой злобой, что бросилась мне тогда в лицо капитану третьего ранга Конохову. Именно такую атмосферу и жестокость описывает эта история в гроте ущелья женщин....
Потому, как при Петре понастроили фрегатов да галер целую тысячу, а через десять лет после его смерти, когда потребовался флот, чтобы осадить с моря Штеттин, то с горем пополам наскребли по сусекам причальным пятнадцать кораблей. Шпаклевали да смолили, чтобы могли на воде держаться хоть чуток. А командовать ими и вовсе оказалось некому.
– Что-то не то вы, Савелий Елизарович, говорите, – усомнился Полосухин. – Петр считается создателем русского флота. И Архангельск он основал. Соломбалкой по сей день называют место, где бал он справлял.
– Ты меня не хули, Лукьяныч! Ты прежде подумай, прикинь головой своей, солома откуда взялась, чтобы стелить под ноги господам? Вот тебе и основал… Архангельский порт при Иване Грозном построен. Прежде в Холмогорах он был. А Соломбалка – испокон веку – Соломбалка.
– А корабли боевые не он же погубил. Виновны те, кто после него правил.
– Эка – рассудил! Если дом на крепком фундаменте возведен, хошь не хошь, стоять будет. Даже спали его весь, а фундамент целым останется.
– Окно в Европу кто прорубил? – не соглашался Полосухин. – Петр! Первые военные школы кто открыл у нас? Петр. Академия наук откуда начало берет? От Петра. Тульский оружейный – тоже детище Петра. Газета первая. Типография первая. Разве перечислить, что Петр России оставил? Он много добра сделал для России.
– Люди не зря сказывают: весь ад вымощен добрыми намерениями. Много чего начинал Петр, да немало после него переделывали. Только, как сын мой ученый говорил: не знаешь – не берись судить.
