Я пошел куда сказали и скоро увидел тянувшееся вдоль дороги бетонное ограждение, за которым протекала широченная бурая река. Чжуцзян. На площадке уже собралось двадцать — тридцать человек. Они пришли за тем же, за чем и я, — за работой. Вокруг теснились бараки, из брошенных досок и мешков от цемента. В бараках ютились рабочие. Здесь же притулился ларек, где готовили какую-то еду. Маявшиеся от безделья люди устроились кружком и громко разговаривали. Кто-то устало сидел на корточках.
Я обратился к парню, который грыз семечки, выплевывая шелуху себе под ноги:
— Это здесь работу дают?
— Здесь, — отрубил он и с важным видом забросил в рот семечку.
Я заметил, с какой завистью он покосился на мою лопату, и, покрепче сжав черенок, задал еще вопрос:
— А тут что, очередь? За кем я буду?
— Надо раньше приходить, тогда, может, что-то и получишь. Но если хочешь — жди, я не против. В другом месте все равно ничего не найдешь.
В тот день парень работы не дождался, зато стал самым первым в очереди на следующий день. То есть система была такая: если сегодня ты мимо кассы — есть шанс, что тебя возьмут куда-нибудь завтра. Но в таком случае следующий день придется пропустить, потому что не сможешь занять очередь. Короче, и здесь надо пробиваться, работая локтями.
— А во сколько приходить?
— Тут тебе не железная дорога, расписания нет. Приезжает грузовик, набирают людей и — вперед! Будешь телиться — останешься ни с чем."
"Я устроился в очередь за этим парнем, но и меня быстро сморило, и я заснул, сжимая в руках лопату. Так вымотался после дальней дороги.
Я проснулся от холода и громких голосов. Уже рассвело, надо мной простиралось голубое небо. К моему удивлению, я проспал на холодном бетоне до самого утра. Вскочив на ноги, я увидел, что на площадке у реки уже толпились несколько сот человек, ожидавших, когда появятся работодатели. Я протер глаза, глотнул воды из бутылки. В этот момент на площадку, не снижая скорости, въехал грузовик.
— Грузчики, землю таскать! На строительство моста! — прокричал стоявший в кузове человек. — Пятьдесят человек!
Взметнулся лес рук. Все бросились к грузовику, опережая друг друга. Человек в кузове замахал длинным шестом, чтобы сдержать напор толпы, и добавил:
— Только те, кто с лопатами и кирками!
Я рванулся вперед. Человек глянул на меня и мою лопату и, кивнув, повел подбородком: мол, полезай в кузов! Тут же, как по сигналу, окружавшие грузовик люди, толкаясь, стали карабкаться в кузов. Остановить их распорядителю было не под силу. Кузов затрясся, несколько человек свалились на землю. Давка была прямо как в поезде. Кузов набился под завязку, и грузовик тронулся, подскакивая на неровной дороге. Из него падали еще люди, но никому не было до этого дела.