Легенды или чудовищ — в воображении каждого они выглядят по-своему уникально. Новый автор Нацуо Кирино предлагает читателей влиться в мир Гроcеска, где реальность и фантазия смешиваются как никогда прежде. Встречайте новый шедевр — Гроcеск, полный мрачной атмосферы и жутких персонажей, которые заставят вас задуматься о том, что можно ли区分并翻译这段中文...
Конечно, мужичок так себе, но если набрать несколько таких, как он и Ёсидзаки, можно будет послать контору подальше. Это даст защиту от позора и унижения, от неумолимо прибывающих лет. Я выбрала самый маленький номер на третьем этаже; мы вдвоем еле втиснулись в тесный лифт.
— Давайте поболтаем немного. Я, между прочим, в фирме работаю. Не верите?
Он изумленно посмотрел на меня. Лицо покрылось красными пятнами. Еще бы! Он-то думал, что на обыкновенную проститутку нарвался, а тут такое дело.
— Правда.
— Хорошо. Спасибо."
"Номер был совсем крошечный и грязный. Во всю ширину стояла двуспальная кровать. Бумага на раздвижной оконной раме порвана, ковер на полу весь в пятнах. Дядька опустил сумку на пол и вздохнул. Скинул туфли, и сразу завоняло носками.
— За это, значит, три тысячи?
— Больше деваться некуда. Самый дешевый вариант в Маруяма-тё.
— И на том спасибо.
— Может, пива выпьем?
Дядька улыбнулся, я протянула руку к холодильнику и достала бутылку.
— А чем вы занимаетесь? Визитку не дадите?
Поколебавшись, он извлек из грудного кармана потертую визитницу. На карточке значилось: «Компания „Тисэн голд кемиклз“, заместитель начальника операционного отдела Вакао Араи». И адрес в Мэгуро. Я ничего про эту фирму не слышала. Араи ткнул в визитку узловатым пальцем:
— Оптовая торговля химикатами. Вообще-то мы ведем дела в Тояме.
Я с гордым видом вручила ему свою карточку. Взглянув на нее, Араи открыл рот от удивления:
— Уж извините, что спрашиваю, но раз вы работаете в такой замечательной компании, зачем вам все это надо?
— Зачем? — Я залпом допила свое пиво. — На работе меня не ценят.
Непроизвольно у меня вырвалось самое сокровенное. Я чуть не охнула. Из всей «великолепной семерки» никто в жизни особо не преуспел. Я до тридцати лет пахала на работе как вол. В двадцать девять меня перевели в исследовательский центр.
