Автор
Глеб переглядывается с Саней в закрытом “форде”. Погода неожиданно стала жаркой — трещит металл под капотом даже без масла. Саня упрекает Глеба за неработающую кондиционерку, и они оба знают, что выжить в такой жаре потребует решительных действий.
Просунув под кружево палец, дергаю в сторону, начиная всерьез опасаться своей тупой угрозы.
Она мокрая и скользкая, и уже, твою мать, давно…
— Оммм… — ее ногти впиваются в мое запястье.
Вскинув голову, смотрю в ее лицо.
Зажмурив глаза, Марго насаживается на мои пальцы и вскрикивает, когда тру большим предположительное место скопления ее нервных окончаний.
Эта реакция отстреливает прямо в мои яйца.
Контролируя обе свои руки, трахаю ее пальцами и накрываю стонущие губы своими. Трахаю ее рот языком, дурея от того, как, вращая бедрами, она тянется за моей рукой.
— Ммм… — со стоном оторвавшись от ее губ, толкаю в приоткрытый рот свой палец, покрытый ее смазкой.
Горячие влажные губы смыкаются вокруг него.
Полуприкрытые глаза смотрят в мои, но я вижу, что в них такая же ошалелая херня, как и в моих.
Дергаю за бретельку ее платья, обнажая грудь. Наклонившись, втягиваю в рот напряженный, острый сосок.
Поглощать ее тело становится гребаным инстинктом, которому отдаюсь с полным оттягом.
Стягиваю с нее платье, оставляя болтаться на талии.
Снова беру ее рот, взвешивая в ладони тяжелую грудь и врезаясь своим пахом в ее живот.
Пальцы Марго впиваются в мои плечи.
Она скулит. Хватается за мою задницу.
Дернув ремень, одной рукой расстегиваю брюки.
— Не двигайся, — велю, выпуская ее шею.
Закинув вверх руки, Марго выгибается и стонет.
Блять.
Подавшись назад, дергаю ящик комода, боясь вырвать его с корнем.
На автопилоте надеваю резинку и нападаю на ее шею. Стягиваю вниз платье и белье, оставляя на ней только охеренные босоножки на шпильке.
Успеваю оценить все. Вид, степень ее возбуждения, горящие щеки и горящие глаза. Влажные, прилипшие к виску волосы. И то, как она задерживает дыхание, когда подхватываю ее бедра, заставляя обхватить себя ногами.
Сжав руками мою шею, она смотрит мне в глаза, а когда начинаю толкаться в ее тело, закатывает их со стоном.
Раскачивая ее тело на своем члене, подыхаю от ощущений.
Крича, она извивается в моих руках. Царапает спину и… твою мать… матерится…
Развернувшись, несу ее в комнату.
Потребность кончить делает мои движения резкими, а мышцы каменными.
Проползая на животе по разложенному дивану, Рита стонет и ударяет по нему рукой.
Глядя на неконтролируемую дрожь ее бедер, снимаю рубашку и брюки.
