В тени мрачного подъезда, где воздух напоминает смрад уничтоженной кладки змеиной шерсти, медленно продвигаешься к закрытой двери. Открыв её хлипкой защёлкой и сдерживая вздох от нестерпимого запаха, чувствуешь себя вдвоём с оружием против всей жуткой тьмы улицы.
К слову сказать, с прощением у меня не было проблем, однако я никогда его не просил, потому что прежде мне не попадались люди, которых я… хм… «обижал» незаслуженно. — Просто с такими подругами, как эта твоя Алиса, враги не нужны.
— Что? — вскидывается Нина, и её глаза темнеют от гнева. Интересно, во время секса будет такой же эффект? — Не смей так говорить о ней! Ты её совершенно не знаешь!"
"Сейчас мне искренне и от души хотелось двинуть ей чем-нибудь тяжёлым по голове, чтобы её мозги встали на место.
— Да что ж ты вечно не тех любишь и защищаешь! Это ТЫ не знаешь свою Алису так, как я! Никогда не спрашивала её, почему кроме тебя она больше ни с кем не общается?
Бемби открывает рот и тут же захлопывает его обратно, когда до неё доходит смысл моих слов. Она что, реально не замечала себя в роли единственной подруги? Да и вообще, как можно называть другом мразь, которая не даёт тебе возможности наладить личную жизнь только потому, что ты целуешься с парнем, в которого влюблена она?!
Алиса не хотела отдавать меня Нине, хотя я никогда ей не принадлежал.
Тот день я всё ещё помнил, как будто это случилось вчера: я шёл по коридору, и почти у самого выхода увидел на стене розовый плакат со своей фотографией в центре, а вокруг — сопливые признания в любви. РОЗОВЫЙ, СУКА!!! Догадаться, кому именно в голову пришла такая «гениальная» идея, было несложно; а к тому моменту, как я увидел его, уже большая часть универа успела поугарать надо мной и пожалеть «бедную влюблённую девочку».
Пока шёл по бесконечным коридорам, гнев успел немного поутихнуть, так что я решил отделаться от назойливой девушки предупреждением.
