В тени мрачного подъезда, где воздух напоминает смрад уничтоженной кладки змеиной шерсти, медленно продвигаешься к закрытой двери. Открыв её хлипкой защёлкой и сдерживая вздох от нестерпимого запаха, чувствуешь себя вдвоём с оружием против всей жуткой тьмы улицы.
Впрочем, оказаться в такой ситуации действительно не хотелось, поэтому я лишь сдержанно кивнула, и парень стал переносить меня из комнаты в комнату: большая просторная светлая кухня; невероятно огромная гостиная, в которой при желании можно было устроить королевский бал; три вместительных спальни рядом друг с другом; совмещённый санузел с невероятной ванной и неприлично-огромной душевой кабиной; просторный балкон. Вся эта красота должна была заворожить меня, но вместо этого мне стало лишь ещё больше не по себе от стыда, и я спрятала лицо на плече парня.
— В чём дело? — тут же спросил он.
— Мне так неловко оттого, что приходится сесть на твою шею… — всхлипываю в ответ.
Максим на мгновение замер, потом снова пришёл в движение, и вот он на чём-то сидит, а я по-прежнему не могу оторвать лицо от его плеча. Очевидно, он потерял надежду на то, что я всё же посмотрю на него, поэтому пальцами поднял моё лицо к себе.
— Что за херню ты городишь? — хмурит парень брови.
Мне совершенно не нравится эта его привычка выражать свои мысли через мат, потому что это напоминало мне манеру разговора родителей, так что я морщусь.
— Это вовсе не… ерунда! — бездарно копирую его хмурый вид.
Бездарно — потому что даже в своём недовольстве Макс похож на солнце; а вот я даже с улыбкой на лице напоминаю себе уродливую жабу из мультика про «Дюймовочку».
— Что конкретно тебя не устраивает?"
"«Ты смущаешь меня!» — выкрикиваю мысленно, потому что я всё ещё помню вид его неприкрытого тела с кучей сексуальных родинок, от воспоминаний о котором даже сейчас не могу удержаться, чтобы не покраснеть. И с этим телом мне придётся делить жилплощадь, пусть даже такую большую.
— Я не хочу быть содержанкой и не могу жить в одной квартире с малознакомым парнем.
Максим усмехается, и я вижу, что его эта ситуация вовсе не заботит, а забавляет.
— В жизни не слышал ничего бредовее, — отвечает парень. — К тому же, от секса со мной тебя это не остановило… Но если тебе так будет легче, на тебе будет висеть готовка и уборка дома. Ты же умеешь готовить?
Неосознанно закатываю глаза к потолку: то, что я не умею пользоваться сенсорным телефоном, не означает, что я вообще ничего не умею. Вообще-то, из-за определённого положения в моей семье мне раньше времени пришлось стать не только поваром, но и прачкой, и горничной, и даже швеёй, потому что износившиеся вещи сами себя не залатают.
— Умею, — с некоторым раздражением отвечаю.
