– Наследницей, – хмуро внес ясность дракон.
– Наследницей, – согласилась я, потому что с мужчинами, а тем более с нанимателями, лучше во всем соглашаться.
Во всем, что не выходит за рамки приличий.
– Но гувернантка не только присматривает, а также проводит занятия. Этикет, музыка, танцы, беседы, литература, математика, языки. У вас есть какие-то предпочтения? На что мы будем делать уклон в воспитании?
Судя по свирепому и одновременно ошеломленному взгляду, предпочтение у герцога появилось только одно – выставить меня прямо сейчас вон из своего дома. Но так просто сдаваться я не собиралась. Не на ту напал. Для меня дороги назад не существовало.
Будто вспомнив о том, что мы все еще находимся не вдвоем, генерал посмотрел на своего до этого мига притворяющегося ветошью управляющего и кивком отпустил его.
Мимо меня суровый месье Фолотье прошел с высоко поднятой головой. За это время он умудрился смерить меня презрительным взглядом дважды.
Знал бы он, как тряслись сейчас у меня поджилки, наверняка довольно расхохотался бы. Но я не могла позволить себе продемонстрировать слабость. Только не сейчас. Дрожать от страха я буду потом, когда смогу убедить этого бессовестного дракона подписать мой контракт.
Дверь у меня за спиной закрылась тихо, но казалось, будто захлопнулась, как крышка гроба, в который меня уложили по соседству с древним вампиром. Или дверца клетки, где меня оставили наедине с тигром – большим лохматым животным, которое было распространено в полупустынях на востоке континента.
Да, пожалуй, именно на тигра Дэйривз Волдерт и был похож. Смотрел словно матерый охотник то на меня, то на бумаги перед собой, то снова на меня.
Я уже заранее боялась услышать то, что он намеревался мне сказать.
– Боюсь, вы нам не подходите, – произнес герцог крайне сдержанно.
– Боюсь, у вас нет вариантов, – возразила я.
И сама опешила от подобной наглости со своей стороны. Но замолчать на этом было бы странно. Потемневший взгляд мужчины требовал объяснений. Кажется, в глубине его глаз я даже видела крохотные всполохи огня.
Если он не возьмет меня на работу, я мысленно разрешала ему меня сжечь.
– Все гувернантки уже распределены, – ответила я чистую правду. – К вам не пришлют новую девушку раньше следующего года.
Заметив, как мужчина недовольно поморщился, я обворожительно улыбнулась. Исключительно на нервной почве, потому что сказала почти правду.
