Автор
Полгода назад в книжной лавке стал очаровательный джентльмен с зелеными глазами, и тогда, если бы Алиса была немного более рассудительна, она бы избежала величайшей ошибки — приобрести его эскортную одежду. Сейчас, вспоминая ту неловкую встречу, она как будто наблюдает все детали сцены с подмостков балагарной. Место действия: книжная лавка, городские подворотни....
«За исключением нескольких минут по утрам, когда он, здороваясь, держит меня
за руку, и того глупого поцелуя на кухне!»
— Ладно, прекрати, — начала умасливать ее Пенни. — Мы твои подруги. Если он обхаживает тебя, ты должна нам об этом рассказать.
Никола застонала.
— Если он пристает к ней, ты хочешь сказать.
— Тут нечего рассказывать. — Продолжала упираться Алекс. — Никаких ухаживаний.
Ничего непристойного. Вообще ничего.
Она даже не подумала, насколько правдиво это ее заявление.
«Такое больше не повторится», — сказал он.
Так и получилось.
Поцелуй в кухне был последним, когда она позволила себе унестись в заоблачные дали. Теперь ею владел практицизм.
— Поверьте мне, — убеждала Алекс подруг. — Я скорее предпочту найти свое будущее в астрономии, чем в объятиях Чейза Рейно.
Никола вскинула голову.
— Ой, чуть не забыла! — Она развязала ленты на шляпке, осторожно сняла ее, а потом выудила из нее коричневый бумажный пакет и протянула Алекс. — Наконец я научилась правильно печь лавандово-ванильное песочное печенье.
Алекс приняла пакет.
— Ты несла его в шляпке?
— Коза все время норовила вырвать пакету меня из рук, а Пенни сказала, что сладости Мэриголд противопоказаны. Когда ты отправишь это животное назад, в деревню?
— Когда козочка выздоровеет. У Мэриголд исключительно нежное пищеварение.
— Ну разумеется, — сухо заметила Ник, наблюдая, как Пенни уговаривает козочку
оставить в покое полуобъеденный — Вот уж действительно — нежнее пищеварение.
Прижимая к себе пакет с печеньем двумя руками, Алекс поцеловала Николу в щеку.
— Спасибо, это как раз то, что мне нужно.
— Это всего лишь песочное печенье, — уточнила Никола.
Алекс улыбнулась.
— Нельзя недооценивать силу бисквитов.
Проводив подруг, Александра заторопилась назад. Вернувшись в классную комнату, сразу направилась к доске.
Семь попыток! Никола шесть раз пробовала испечь печенье, и только на седьмой раз оно стало съедобным.
Пять предметов, мелом написанные на доске, не были правильным рецептом, чтобы получить образование. Они были чем-то вроде шести неудачных попыток Николы испечь лавандово-ванильное печенье. Результат был один — печенье и учение по вкусу напоминали мыло.
Алекс вытерла доску.
— Больше не будет ни арифметики, ни этикета. У нас будет новый набор предметов.
— Это вы, о чем? — поинтересовалась Розамунда.
