Утро началось уныло. Я только собралась подняться после долгого дневного отдыха, но заметка в газете привела меня обратно к кровати. В коридоре стучала горничная, и перед глазами неотрывно висела тонкая бумага с загадочными новостями – казалось, каждая страница затягивает мое сердце еще глубже....
Но мальчик все еще смотрел на меня доверчиво и ждал совсем других слов.
Однако я больше ничего сказать не успела, потому что в комнату, подобрав юбки, бежала по коридору Мари – известие, судя по всему, застало ее позже, чем братьев.
– Как вы можете так с нами поступить?! – с ходу воскликнула она, будучи скорее удивленной, чем негодующей. – Я не собираюсь из-за ваших проклятущих диктантов оставаться здесь и упускать единственный шанс…
– Мальчики, идите! – велела я, перебивая Мари на полуслове и добавляя в голос железных ноток.
Дети подчинились: двое старших хмурились, а Никки, даже уходя, оборачивался на меня и смотрел с мольбою. Мари же, еще не до конца, видимо, осознав, что поездки действительно не будет, сама поскорее выпроводила братьев и закрыла за ними дверь.
– Мне казалось, вы готовы помочь мне! – вскричала она в волнении, едва мы остались одни. – Вы ведь одобряли мои попытки произвести на Алекса впечатление.
– Значит, я была не права, – ответила я хладнокровно, – ежели Алекс хоть немного вами интересуется, то ваше отсутствие в Березовом на это не повлияет.
Я говорила это и сама понимала, что сказанное – чушь. Да, вчера он и правда был впечатлен внешним видом Мари и, возможно, даже осознал, что она может быть вполне благовоспитанной барышней – когда захочет.
Зато если бы эти два дня он провел с Мари, общаясь с нею каждый час, если бы они сумели там поговорить откровенно и объясниться друг с другом… может быть. Это действительно был шанс – едва ли не единственный.
Но я постаралась отогнать эти мысли.
– Мари, вам всего шестнадцать, вполне возможно, что Алекс и вовсе не тот, кто вам нужен…
– Это не ваше дело – решать, кто мне нужен, а кто нет! – Вот теперь Мари поняла, что и в самом деле никуда не поедет, и недоумение ее сменилось хорошо знакомым мне гневом.
– Интересно, как вы это сделаете? – разозлилась и я в ответ. – Родители вас с собою не возьмут, и даже денег на извозчика никто вам не даст. Пешком пойдете?
– Пешком! – На глазах у Мари выступили слезы.
