Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
А я – не они.
У них бы мысли о деньгах крутились, может просто о ночи с красивым мужчиной. Потому что Халид, бесспорно, тот, кто нравится девушкам. Но у меня – планы образуются, строятся на бешенной скорости.
Как выкрутиться? Что будет после? С Халидом выгоднее быть, чем с Лукой. И опасней. И мысль мелькает, мелкая и глупая, что я не шлюха. Никогда через постель себе дорогу не прокладывала и сейчас не собираюсь.
Я и к постели дорогу не прокладывала, вообще. Как-то времени на это не было. Лишний риск близкого человека подставить.
Поэтому у меня близких нет.
Ян – заклятый друг, с которым воевали, сейчас равновесие нашли. Но никто не знает, что именно на его плече я засыпаю в годовщину дня, когда всё рухнуло.
Ника – лучшая подруга, которая внезапно образовалась. Ника вообще умеет под кожу пробираться. Одному так пробралась, что два года уже в Европе прячется, свою жизнь спасая.
И Тиса, девчонка, которую во время стажировки увидела. Испуганную, потерянную. Настолько меня саму напомнила, что страшно стало. И поэтому сделала всё, чтобы вытащить. А она мне помощью платила, поддержкой. Многое на Цербера помогла накопать.
А я сейчас с его правой рукой оказалась. Ближе, чем когда-то надеяться могла.
Только всё не так происходит, как я планировала.
Глава 5. Ада
– Хватит деревянной быть, - Халид приказывает, сжимая мои ягодицы. На себя тянет. Его ладони такие огромные и грубые, но вместо боли – жар.
Произносит так, что на инстинктах выжигается – нельзя расстраивать. Я цепляюсь пальцами за рубашку, сминая ткань. Не знаю, что делать. Впервые в такой ситуации и плана никакого.
А реагировать быстро я не умею, время нужно.
– Халид. Я не одна сюда пришла. У меня мужчина есть.
– Одна, если сейчас передо мной голой стоишь. И где твой херовый мужик будет, когда ты подо мной окажешься? Игры завязывай, надоело.
Халид снова целует меня. До сбитого дыхания, тёмных кругов перед глазами.
Ужасный мужчина, чьё имя на многих страх нагоняло, на мне бельё дёргает. То трещит и больно впивается кожу, пока под напором не сдаётся. Звук оглушает.
Это правильно, наверное.
