Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
А ждать я не люблю. Я могу выжидать, строить планы, затаится до нужного момента. Но сейчас всё зависит только от мужчины, а подобное меня раздражало. Семь лет назад я вырвалась из детдома и полностью строила свою жизнь, добиваясь желанного.
И теперь снова.
От меня ничего не зависит.
– Адель, послушай…
– Ада. Халид назвал меня, как хотел. Так что – Ада…"
"Я не знаю, откуда во мне это берётся. Сила, тьма и злость. Вера ничего плохого мне не сделала, но её мне тоже хочется задеть. Она ведь прекрасно понимает, что я здесь не по собственной воле.
В детдоме было честнее. Каждым сам за себя, даже если в одной компании. Ты ждешь удара в спину и не удивляешься, когда это происходит. Ещё одна причина, почему мне было сложно получать повышение на работе.
«Отсутствуют навыки работы в команде».
Поэтому я не могу улыбнуться Вере и сделать вид, что благодарна за её помощь. Я могла притворяться в образе Адель, играть любую роль, но в этом больше нет смысла.
Цербер умел рушить жизни.
Роль Халида, видимо, заключалась в том же.
– Вера, - вспомнишь солнце… Голос Халида раздаётся с входа, заставляя вздрогнуть от неожиданности. – На минуту.
Меня оставляют в одиночестве. Окно так и манит, но второй раз одно и тоже не пройдёт. Да и обнаженной я не уйду дальше первого поворота. Ощущение, что от Халида вообще невозможно уйти.
Я коплю вопросы к Вере, по поводу того, что мне вкололи. Но та лишь залетает в комнату, собирая свои вещи, и исчезает, словно и не было. А вот Халид остаётся.
Злой.
Встревоженный.
С бьющейся жилкой на шее.
– И что опять…
– Замолчи!
Он не рявкает и не повышает голоса, но тон прошибает так, что мозг отказывается генерировать слова. Могу лишь смотреть, как мужчина захлопывает дверь и надвигается на меня. Неспешно, как хищник, знающий, что добыча никуда не сбежит.
Сжимаю край одеяла, думая, как в этот раз выкрутиться. Халид говорил, что с утра мы будем всё обсуждать. Но по его виду сомнений не остаётся. Никакого диалога не будет, сразу казнь.
– Решила попросить о помощи?
Вот значит, как Вера восприняла мои слова. И сразу доложила Халиду, не стесняясь. Или у него тут камеры, и мужчина сам интерпретировал сказанное.
– Ты не…
– Ни слова, Ада. За тобой слишком много грехов, чтобы сейчас отнимать моё время.
Мой единственный грех – глупость. Не смогла сразу сообразить, при первой встрече. Продолжить играть, сразу сказать, что я с Лукой. Так было бы проще, никаких последствий.
И вот расплата.
