Автор
Халид оказался в непростой ситуации – его планы были нарушены, заставляя reconsiderate собственные решения. Внутренний конфликт усиливается, когда он осознает, что не может продолжать игнорировать опасность, которая теперь существует между ними. Мужчины ищут способ выйти из затянувшейся борьбы, но каждый шаг увеличивает риск, который они готовы принять....
С Яном, воруя в кладовых крупы, мы заливали их холодной водой из-под крана в уборной. Терпеливо ждали, когда хоть немного набухнет, и ели из стаканов. Треснутых, с надбитыми краями, которые списали в утиль.
– Халид велел, чтобы вы спустились вниз через тридцать минут.
– А сам он не может сказать?
– Ему не пристало отчитываться, - Кемаль, хоть и молод, но говорит твёрдо и уверенно. – Велено вытащить вас в том, во что вы будете одеты.
– Прекрасно. Значит потащите голой. Мне всё равно.
А вот судя по бледным лицам этих двоим – им далеко не всё равно.
Глава 32. Ада"
"– Слушай, Ад, давай без усложнений.
Кемаль сразу переходит на «ты» и без этого странного «xanım», чтобы оно не значило. Не те восточные и кавказские языки я изучала, ой не те. Но я предполагала, что попаду в плен к Церберу, а не его правой руке.
– Нам всем будет плохо, если не выполнить приказ Халида. Хочешь сказать, что тебя совсем не волнует возможность, что тебя вся охрана увидит голой?
– Да хоть вся Москва.
Я не собираюсь становиться комнатной зверюшкой Халида.
А после найти слабое место и ударить со всей силы.
– Если мне придётся силой натянуть на тебя одежду, то я это сделаю.
– Оставишь синяки, - легко жму плечами на слова мужчины. – Халид будет недоволен. И кому достанется больше?
Наверное, это худшая тактика. Настраивать всех против себя, играя суку и стерву.
Слова остальных – пустой звук.
– Кемаль! Ада, послушайте, плохо будет всем, если вы сейчас откажетесь, - Нигяр говорит мягко, выполняя роль хорошего полицейского. – Ваш отказ ни к чему не приведёт.
Ну почему же, Халид взбесится. А мне, суициднице, дико нравится проверять грани его терпения.
Делаю вздох, поднимаясь. Ненавижу эту слабость, из-за которой не могу подставлять других. Ведь именно из-за моего отказа могут пострадать Нигяр, которая ничего плохого не сделала, и Кемаль, который лишь выводит своей грубости. Но до Халида ему ещё далеко.
– Хвала Аллаху, - Нигяр бормочет себе под нос, разбирая одежду.
– Аллах не имеет на меня влияния. Поэтому, лучше бы хвалили меня.
