Автор
В темном коконе Спартана-Б292 металлическая обшивка покорёжилась, словно ветер пробирается сквозь провалы щитов. Отчетливый привкус крови и дрожащий мир внутри модуля заставили Тома прищурились от яркого солнечного света. Что-то не так, что-то нарушается...
Прошло полтора дня с тех пор, как капитан-лейтенант приказал им отправиться в разлом и ещё полтора дня с тех пор, как брешь запечаталась, изолировав их всех здесь. Потрясение от потери его и других всё никак не отходило. Они все ощущали себя онемевшими и опустошёнными.
Как правило, Спартанцы не могли позволить себе такой роскоши, как горе; созерцание мёртвых всегда обрывалось новой миссией, битвой, и их внимание переходило к более крупной стратегической картине ради спасения человечества.
... Но не в этот раз.
Подпространственный раскол был ещё стабилен, когда через него первыми прошли доктор Халси и старшина Мендез. Они появились в трёх метрах над поросшим травой холмом. Вскоре за ними прибыли капсулы и команда ""Сабля"". Вместе они стали смотреть, как проход начал закрываться.
Когда появились Фред, Линда и Келли, они тут же попытались вернуться обратно. Тогда через раскол выпали Том с Люси, после чего брешь стала чересчур маленькой. Они могли только видеть, как она сжалась до одинокой колеблющейся точки, а потом и вовсе исчезла.
Большинство из них полагало, что этот гиперпространственный проход позволит им вернуться в аванкамеру внутри Оникса. Но никто, даже доктор Халси, не оказался готов к этому.
Вверху сияло золотое солнце. Небо, если так его можно было назвать, на горизонте было ярко-синим, но чем выше поднимался взгляд, тем глубже становился цвет: сперва шёл тёмно-синий, затем чёрный и, рядом с солнцем, оттенки снова становились мягче.
Поверхность вытягивалась во всех направлениях. Луга, реки, озёра, леса, извилистые тропинки — всё казалось идеально плоским. До тех пор, пока Линда не взглянула в свой прицел ""Оракул"". Она увидела, как каждый горизонт по наклонной поднимался вверх до тех пор, покуда вся поверхность не исчезала в громадных далях.
Линда сказала, что чувствует себя словно на дне гигантской чаши. Халси поспешила её заверить, что они определённо были не в ""чаше"".
— Сфера, — сказала она, повторяясь в третий раз для старшины Мендеза, — вот где мы находимся.
Старшина опустился на траву.
— Ещё раз, доктор, — попросил он, — объясните это мне, пожалуйста. Медленно.
Халси вздохнула, поправила юбку и уселась рядом.
— Хорошо, старшина. — Она раскрыла свой лэптоп, и экран заполнился цифрами, диаграммами и спектроскопическими анализами.
Спартанцы собрались вокруг, чтобы послушать.
