В тихой ночи улицы замолкают, и лишь музыка отвлекает - гул вдачей, нарастая в силу. Три неопрятные дамы в развязанных костюмах притворяются путанами, призывая кайф. Но вам это не понравится. Вы бегаете по улицам, избегая их внимания и панически прячаесь назад. А та самая музыка – гул в подворотне – зовет вас нарушить покой города....
Горячее дыхание обдаёт мою шею и останавливается у уха.
– Что ты сказала? – низко, хрипло, угрожающе.
Надо признать – я ебанутая. Это факт. Вместо того чтобы извиниться перед всесильным гадом, мой рот продолжает дерзить:
– Иди в задницу. Ты меня не купил, ясно? И можешь отправить меня в ад, если твоя нежная психика не выдержала посыла.
Его глаза закрываются, пряча от меня тяжёлый взгляд. Как гиря. Пудовая. На ногу.
– Снимай халат.
– Чего?!
– Он мой. Снимай.
Ну супер! Так и знала, что не стоит рассчитывать на этот чёртов халат и его адекватность.
Но… мне сейчас плевать! И этот ёбаный халат хочется швырнуть прямо ему в лицо. И, толкнув его в грудь, я развязываю пояс, с ненавистью и вызовом глядя в его стальные холодные глаза. Веду плечами, позволяя халату упасть к своим ногам. Пусть подавится!
– Забирай!
– Непременно… – хрипит он, не отводя взгляда от моих глаз. Дёрнув за руку, неожиданно ловко разворачивает меня лицом к тумбе.
Теряя равновесие, опираюсь на неё руками. Его ладони придавливают мои к тумбе. Задницей чувствую, как скользит по коже холодная пряжка его ремня.
– Я предупреждал… – касаются его губы моего уха.
Моя голая спина прикасается к его обнажённой груди. Чувствую каждый волосок на ней! Нервное дыхание гада напрочь сбивает моё. Мне кажется, его кожа полыхает, потому что меня обдает от неё жаром.
Что там я опять ляпнула?..
– Ниже… – требует он своим особенным голосом. – Не сопротивляться!
Моё тело спешит исполнить команду, предплечья ложатся на тумбу.
– А-а-а-ай… – рвано выдыхаю я, когда его ладони обхватывают ягодицы.
И сжимают та-а-ак… что глаза закатываются от неожиданно пронзительных ощущений. А между ног голодно пульсирует.
– Нет!!
– Да… – с жадной удовлетворённостью в голосе. – Что я тебе обещал за твой распущенный язык?
Прижигающий внушительный шлепок по заднице.
– Ой!!"
"Да уж, представляла я себе его несколько иначе! Но надо заметить, такой вот жёсткий больше пишется в его образ, чем игривые, которые рисовались мне.
Пальцы скользят между моих ягодиц. Задыхаюсь от возмущения. Сжимаюсь от слишком откровенных ощущений. И ловлю себя на том, что поднимаюсь на цыпочках, пытаясь подставить свои самые чувствительные местечки так, чтобы он прошёлся по ним своими дразнящими пальцами. И осознав это, так и замираю, отставив задницу, как последняя шлюшка!
– Не слышу ответа!
«Что он там обещал?..» – истерично соображаю я.
