Нужно сделать этот шаг... Один. Вздохнуть глубже, отбросить панику и безысходность — ведь я приняла решение. Я не смогу заработать столько денег даже если клиенты будут платить за каждое съеденное блюдо в кафе, не громко хлопать посудой или не бросать куски на пол. Теперь никто не будет жалеть о мое ремесло и пытаться мне помочь. Смерть родителей лишает меня крыльев, которыми раньше я могла летать над городом....
С восходом солнца Тео снова превратиться в Хана — невозмутимого, замкнутого, холодного мужчину в идеальном костюме и полным отсутствием эмоций, а пока он был Теоманом и все могло стать реальным сейчас.
— Его имя Аласдер Брэди. Но в городке его называют просто Ирландец. Местный Робин гуд и защитник всего немногочисленного белого населения нашего города. Присматривает за тем, чтобы белых не обижали и сильно не давили на них.
Воспоминания о нашем небольшом, жестоком и неприветливом городке отозвались в сердце тянущей грустью….
— …там есть белые люди?… — пробормотала я, вспоминая, что за то время, пока жила в нем, не встречала никого такого же светлого, как я.
— Есть. Если бы твой отец купил дом двумя кварталами дальше, то вы бы жили более спокойно.
Я ошарашено смотрела в темное окно, откуда пробивались неясные лучики луны, с трудом переваривая полученную информацию, и пытаясь сложить в своей голове все то, что не знала.
— …не думаю, что он знал…
— Не знал. Но дело сути не меняет. Ирландец негласный главарь белой команды в нашем городке.
— Он твой враг? — прошептала я, словно боялась, что нас могут услышать и обхватывая ладонями руку Хана, будто испугавшись, что его могут забрать у меня даже простые слова об этом жутком типе с ядовитыми серыми глазами.
— Нет. Не враг и не друг. Сферы нашей деятельности никогда не пересекались. Я знаю, что он есть и чем занимается. В свою очередь он знает обо мне. На этом все.
Неужели все было действительно так просто?
Или Хан не говорил мне всего, чтобы не пугать нашей неожиданной встречей и подавать вида, что за всем этим может лежать что-то другое?
— …но он приходил в кафе ко мне, — нахмурившись, проговорила я тихо, понимая, что больше относительного этого типа из уст Хана я ничего не услышу, почувствовав, как он кивнул за моей спиной:
— Я знаю.
— …и расспрашивал о тебе.
— Я знаю.
Я несколько раз моргнула, не в силах понять этого вселенского спокойствия Хана и успокоиться самой, чтобы раз за разом не прокручивать в голове наше прошлое общение и эту неожиданную встречу, а потом тех странных мужчин в баре.
