Нужно сделать этот шаг... Один. Вздохнуть глубже, отбросить панику и безысходность — ведь я приняла решение. Я не смогу заработать столько денег даже если клиенты будут платить за каждое съеденное блюдо в кафе, не громко хлопать посудой или не бросать куски на пол. Теперь никто не будет жалеть о мое ремесло и пытаться мне помочь. Смерть родителей лишает меня крыльев, которыми раньше я могла летать над городом....
Стоило дверям лифта медленно раскрыться на моем рабочем этаже, как я тут же оказалась в крепких объятьях Искандера, который, не стесняясь косых и ошалелых взглядов тех рабочих, которые мирно ехали на свои места еще выше, буквально вытащил меня с громким облегченным выдохом, сродни стону:
— Ох, пупсиииииииик!
Я неловко улыбнулась ошарашенным людям в лифте, пытаясь отлепить от себя Искандера, который выпрямился в свой рост, не опуская меня, отчего я в буквальном смысле, просто повисла на его широкой груди, заболтав ногами в воздухе.
"— Я так переживал за вас! Все в порядке, да?! Скажи, что в порядке, пока я умом не тронулся!!!
К счастью двери лифта медленно закрылись, скрывая все окосевшие, растерянные и даже смущенные взгляды, а я быстро и энергично закивала головой, понимая, что пока Искра не отлипнет, я не смогу ничего написать ему в ответ.
— Братья сильно ругались??? Что сказали??
Я настойчиво зашевелилась в излишне крепких объятьях, видя, как на нас начинают коситься даже те, кто работал в отделе Искандера и по идее должен был уже привыкнуть к тому, что их начальник весьма своеобразен в выражении своих эмоций, а точнее совершенно не сдерживает их.
Пришлось подергать Искандера за его волнистые прядки, которые как обычно торчали во все стороны, чтобы привести его в чувства и показать жестами, что пора уже отпустить меня на пол, пока все сотрудницы отдела не решили, что я уйду в декрет следующая.
«С нами все хорошо! Не нужно так переживать! Не было ничего страшного, успокойся, ладно?»
— А где Неслин?
«Дома, спит»
Искра тяжело и протяжно выдохнул, облегченно улыбнувшись и запуская обе руки в свою растрепанную шевелюру, снова дернувшись ко мне, чтобы ущипнуть за щеку, потащив за собой в кабинет:
— Покусаю тебя, сладкая! Ночью я написал тебе триста сообщений, ты где была? Почему не ответила? Я чуть с ума не сошел до утра, даже на работу приехал раньше брата! Он окосеет, когда узнает!
Я улыбнулась так широко и радостно от воспоминаний о том, по какой такой причине не могла ответить ему ночью, что даже растерялась, когда губы Искры растянулись тоже, а брови поползи вверх:
— Так-так-тааааааак….
