Армии хтонических чудовищ атакуют Священную Пирамиду. На её защиту встают разношёрстные защитники: древние рабы, беженцы из Ледяных земель и наёмники. Каждый борется за свою судьбу, понимая, что поражение означает конец всему. На пороге хаоса разворачивается последняя битва за спасение узла...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Хаос на пороге» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Армии хтонических чудовищ атакуют Священную Пирамиду. На её защиту встают разношёрстные защитники: древние рабы, беженцы из Ледяных земель и наёмники. Каждый борется за свою судьбу, понимая, что поражение означает конец всему. На пороге хаоса разворачивается последняя битва за спасение узла...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Армии хтонических чудовищ атакуют Священную Пирамиду. На её защиту встают разношёрстные защитники: древние рабы, беженцы из Ледяных земель и наёмники. Каждый борется за свою судьбу, понимая, что поражение означает конец всему. На пороге хаоса разворачивается последняя битва за спасение узла...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И сразу же начала строиться. Никто не знал, успели ли хтоны заметить их приближение. Но если и успели, то драка всё равно должна была состояться. А если не успели, то глупо было терять эффект внезапности...
А пока армия строилась, Игорь занимался призывом рабов-воинов. Он призывал всех. Даже бесполезных ранее лардов. Потому что в большой битве бесполезных не бывает.
Глава 26. Чудовищная засада
— Пур-То, дружище! — Туриг радостно осклабился, застав колдуна в гордом одиночестве. — Мне надо с тобой серьёзно поговорить!..
Пур-то с подозрением посмотрел на зверочеловека. Он, скорее, привык к подколкам Турига и вовсе не ожидал такого дружелюбия. Всё внутри колдуна буквально кричало о том, что намечается грандиозная подстава. Однако нельзя было игнорировать просьбы правой руки бабули Ло…
— И чего тебе? — с опаской поинтересовался толстяк.
— Разве нужен повод для того, чтобы обнять тебя, дружище! — радостно завопил Туриг, распахивая объятия, чем окончательно убедил собеседника: ничем хорошим разговор не закончится.
— Тебе?.. В смысле, ты меня?.. Чего ты?.. — на каждом вопросе Пур-То опасливо отступал от надвигающегося на него косматого хтона.
Попутно он терял мысль и всякий раз пытался задать новый вопрос. А под конец и вовсе решил превентивно нахамить:
— Совсем ополоумел!.. Туриг, иди в жопу со своими объятиями!
Прозвучало настолько двусмысленно, что даже Туриг смутился. Хотя вообще-то это ему было несвойственно.
— Ну что ты сразу так-то? — обиженно спросил зверочеловек. — Я же от всей души! А он…
— А я вот тебе не поверил чего-то… — Пур-То, наконец, взял себя в руки. — И всё ещё не верю!
— Ну и не верь! — отмахнулся Туриг. — Но как друг ты мне просто обязан помочь!
— Факт нашей дружбы вызывает большие сомнения! — с опаской заметил Пур-То, отступая ещё на шаг. — Как ты только меня обычно ни называешь, но вот другом…"
"— Слушай, жирдяй, ну чего ты начинаешь, а? — по старой, практически въевшейся привычке, Туриг решил перевалить с больной головы на здоровую. И, конечно же, обвинить во всём оппонента: — Я к нему, понимаешь ли, с дружескими намерениями, а он не верит!.. И как мне работать с такими людьми?!
Туриг театрально развёл лапами. А затем ещё и изобразил на морде вселенскую скорбь, будто пытался кого-то убедить в том, что всё сказанное им — чистая правда. Зрителей вокруг, правда, не оказалось — кроме, непосредственно, Пур-То.
И в этом не было ничего необычного. Всё-таки Туриг специально искал встречи с колдуном вдали от посторонних глаз. Настучат ещё бабуле, а ты оправдывайся потом...
— Туриг, кончай паясничать! — попросил Пур-То. — Ты ведь зачем-то пришёл. Вот и говори, зачем. А так только время тратишь!..
— Нету в тебе социальной жилки, толстяк! — расстроился Туриг.
