В кабинете рыцаря чувствовалась непривычная для него атмосфера, словно воздух здесь стал плотнее и мрачнее. Один из первых изменений был в уровне параметров нового правителя — уже не тот простой человек, что и несколько часов назад.
— А я и не хтон, откровенно говоря… — признался Хан. — Не совсем хтон!
Вопросов у девочки было ещё много, но улица, по которой она с Ханом шла, как раз сделала крутой поворот и вывела к высоким воротам. За ними виднелся роскошный цветущий сад и самый настоящий дворец.
— Вот мы и пришли! — сообщила Нум. — Дальше ты сам… Мне туда нельзя!..
Она остановилась у стены дома, неподалёку от торгового прилавка, за которым сидел пожилой хтон. Хану этот тип не понравился сразу: весь какой-то неприятный. Да и взгляды, которые он кидал на малышку Нум, не отличались отеческой заботой.
— Ладно, Нум! — кивнул Хан. — Спасибо, что проводила!
— Не за что, дядя Хан! — отозвалась девочка.
Хан уверенно направился к воротам. Ворота были кованые, красивые. Даже жалко их стало… А, с другой стороны, на что только ни пойдёшь ради своей безопасности!.. Небо над дворцом налилось свинцовыми тучами. Солнце, почти закатившееся за горизонт, попыталось окрасить их в розовые цвета, но почему-то не сумело.
Сверкнула первая молния, и прозвучал раскат грома.
Но Хан грозы не боялся. Это была его гроза. Здесь и сейчас она наделяла его силой и могуществом, которого никогда не знали обычные хтоны. И когда тёмные языки тумана выстрелили из рук Хана в сторону дворцовой ограды, он был полностью уверен в своей победе.
Но Хану сейчас было не до войны с извращенцами. Ему надо было победить правителя узла. Ведь в обществе хтонов всё просто: кто правителя победил, тот правителем и станет. А выборы — и прочая мишура, которой обвешался самый крупный хаотический узел в Упорядоченном — Хана ни капли не волновали.
Не может подобная ерунда волновать божество Хаоса.
Рванув вперёд, Хан смёл со своего пути и охранников, и ворота, и даже кусок ограды.
Хан еле успел прикрыться щитом… А потом ответил, обрушив на дворец волну холодного пламени. От его удара со звоном посыпались стёкла окон, а до чуткого слуха хаотического божества донеслись испуганные крики.
