В постапокалиптическом мире эпохи мертвых герои борются за выживание на развалинах цивилизации. Роман следует традициям производственного жанра, показывая напряженную борьбу людей против враждебной среды и собственных демонов. На переломе эпох разворачивается драма о переходе от старого...
И уже плачь младенца, за стеной, не раздражает и визгливый голос чей-то супруги вызывает только улыбку — раз плачут и ругаются, значит, живые.
Второго мая, в среду, закончили платформу Дома. Все внутренности дебаркадера почистили, переделали и покрасили. Теперь во внутренние баки мы могли принять пятнадцать кубов топлива и десять кубов воды. Оборудовали два длинных кессона под «смотровые ямы», в вокруг которых организовали склады запчастей и прочих железок, пластиковых канистр с жидкостями и прочих, милых сердцу автомеханика, радостей. Чуть-чуть не успели со «сдачей объекта к празднику». Зато сделали «для себя» и в ближайшие лет двадцать ремонтировать не придется точно. Теперь будем приступать к возведению на этой палубе ангара и жилых помещений. Проект опять чуть изменили, и второй этаж будет над всем паромом, а «лужайка» переехала выше, на крышу жилого этажа.
Так бы мирно второе мая и закончилось, но прилетела наша птичка Арабу, заламывая крылья и выдергивая перья, не буду говорить откуда. Даже не сразу понял, о чем так страдает Димыч. Оказывается, Кулибины ничего подходящего вдоль набережных еще не нашли, а запасы керосина уже показали дно.
Я сделал вид, что страшно ему сочувствую, но никакого отношения к проблеме не имею. Пан намекнул, что мне надо принять более активное участие. На что обрисовал проблемы решаемые Мастерской, и заверил в массе неотложных забот, одной из которых было строительство гидропорта. Уловив, куда я клоню, Димыч приступил к торговле, а я вытащил список материалов для строительства и предъявил «цену», ниже которой я «не упаду». А то начальнику порта можно гигантизмом страдать, начальнику аэропорта можно Нью Васюки строить, а мне бетонных плит не дают!
Торговались мы самозабвенно, можно подумать, Димыч личные плиты мне отдает. А что еще любопытнее, Пан уже не говорил, что хозяйством не управляет, а оперировал цифрами наличия материалов на складах вполне осведомленно. Но куда этому вояке против меня, прошедшего «в бизнесе» девяностые. Напоследок сдавшийся Димыч только спросил, как я собираюсь переплюнуть в информированности Кулибиных. Заявил в очередной раз, что все зло от компьютеров, и надо просто чаще выходить на улицу, садится на самолетик и летать вдоль набережных, высматривая топливные танки, цистерны, бочки, машины и даже живых людей. А так же корабли и портовые сооружения. Андестенд?
Пан демонстративно похлопал в ладоши и замер, уставившись в мои округлившиеся глаза.
— Что опять не так?! — спросил он.
— Димыч, мы….
