Между тем, Мо Жаню стало любопытно, и он спросил:
— Но, если ты с самого начала знал о его плохом характере, то почему все равно выбрал его как Учителя?
Ши Мэй ответил:
— Учитель холоден снаружи, но у него доброе сердце. Я не так одарен от природы, как другие, но он не считает меня глупым, даже если мое развитие такое медленное. Он сказал: пусть я не имею боевых способностей, это не повод отказаться от обучения, и научил меня исцелению и восстановлению. Учитель очень добр ко мне.
Изначально радостный Мо Жань, слушая эту речь, почувствовал, как все его настроение улетучивается вместе с улыбкой.
Он долго молчал, прежде чем, наконец, выдавил:
— С чего ты взял, что он хорошо к тебе относится? Все, что он сделал, это обучил тебя нескольким техникам и иногда проявлял заботу. Но разве это не долг каждого учителя?
— Это не то же самое...
Мо Жань разозлился:
— Все равно он не может быть добр к тебе! Я могу делать все, что он делает с тобой!
Ши Мэй замолчал. В наступившей неловкой тишине Мо Жань с трудом погасил злое пламя в своем сердце. Увидев, что Ши Мэй расстроенно потупил взгляд, он почувствовал себя виноватым и прошептал:
— Прости меня...
— Все в порядке, — тихо прошептал Ши Мэй. А потом вдруг вскинулся и заговорил быстро и сбивчиво. — Несколько лет назад, до того как ты пришел на Пик Сышэн, я шел по тропинке, и внезапно начался ливень. В то время я еще не был чьим–то учеником. Когда я бежал под дождем, то встретил его. Он держал красный бумажный зонтик и, видя мое жалкое состояние, позволил мне спрятаться под ним. Я был наслышан о его репутации, поэтому, пока шел рядом с ним, чувствовал себя ужасно.
— И что?
— Ничего. За всю дорогу мы не произнесли ни слова, — Ши Мэй мягко улыбнулся.
Мо Жань кивнул:
— Он такой скучнейший тип, что с ним и поговорить не о чем.
Ши Мэй слегка улыбнулся.
— Да, Учитель мало говорит. Но когда он проводил меня до двери, и я повернулся, чтобы поблагодарить его, увидел, что его правое плечо полностью промокло от дождя. Весь наш путь я шел слева от него, и на меня не упало ни капли.
Мо Жань не знал, что сказать. А Ши Мэй продолжил:
— На самом деле тот маленький зонтик мог закрыть только одного человека, а он использовал большую его часть, чтобы защитить меня. Я смотрел, как он уходит под тем дождем, а потом вернулся в свою комнату, написал письмо с просьбой принять меня в ученики.
— Хватит болтать, — прервал его Мо Жань. — У тебя слишком мягкое сердце! Если ты продолжишь, я начну плакать от жалости к тебе.
— А-Жань, а тебе не кажется, что Учитель достоин жалости? — спросил Ши Мэй с теплом в голосе, предназначавшемся явно не Мо Жаню. — Он гуляет под этим маленьким зонтиком потому, что всегда одинок, и никто не хочет идти с ним рядом...