Ло Сяньсянь плакала, кричала, держась за голову, она вопила от боли:
— Нет! Не уходи! Не оставляй…!
Чэнь Бохуань тихо сказал:
— Ладно.
Вскоре его понурая фигура исчезла за углом.
Ло Сяньсянь стояла одна в оцепенении, крупные капли слез катились по ее щекам. По воле случая голоса братьев Чэнь, которые стали причиной ее смерти, донеслись до нее, второй и младший братья перешептывались друг с другом.
— Мама вне себя от радости. Словно камень с души упал, наконец-то все встало на свои места.
— Еще бы, думаешь может быть иначе? Ей пришлось полгода притворяться больной, чтобы наконец изгнать эту ведьму, как она может не быть счастлива?
Младший брат прищелкнул языком:
— Не могу поверить, что она совсем недавно была жива и вот так вдруг умерла. Мы же просто вышвырнули ее, но не хотели убивать. Это ж надо было быть такой глупой! Неужели даже не попыталась искать помощи?
— Кто знает, может быть, она просто слишком тонкокожая, как ее закостенелый папаша. Мы не виноваты в ее смерти. Может, мать и обманула ее, но нам тоже трудно пришлось. Между дочкой начальника уезда и безродной нищей девицей вторую выберет только идиот. Кроме того, если бы мы обидели драгоценную дочь Яо, для нас все могло очень плохо закончиться.
— Ты прав, она просто тупица. Если сама захотела замерзнуть насмерть, кто бы мог ее спасти.
Слова долетели до ее ушей.
Только после смерти Ло Сяньсянь наконец поняла, что она была «звездой, что приносит несчастье» лишь потому, что была бедна, имела низкий статус и не могла сравниться с почтенной дочерью начальника уезда. В этой ситуации только идиот выбрал бы бедную девушку!
Обезумев от гнева, она вернулась в храм призрачной покровительницы браков. Слабая и беспомощная Сяньсянь умерла в этом месте, а теперь вернулась сюда с горечью и каменным сердцем. Когда-то она была такой доброй и наивной, но теперь взрастила внутри себя всю ненависть и злобу, которую никогда прежде не выпускала на волю. Она сорвала голос до хрипоты, глаза покраснели, а душа ее трепетала.
Она закричала:
— Я, Ло Сяньсянь, готова отдать свою душу тьме и навеки стать злым призраком! И я умоляю призрачную покровительницу браков только о мести! Я хочу, чтобы вся семья Чэнь… сдохла мучительной смертью! Я хочу… чтобы моя свекровь, которая хуже зверя, убила своих сыновей собственными руками! Всех своих сыновей! Я хочу, чтобы Чэнь Бохуань составил мне компанию в Аду! Чтобы его похоронили вместе со мной! Я не могу смириться! Я ненавижу! Ненавижу!
На алтаре глиняный идол опустил веки, и уголки губ изогнулись в ухмылке.
Голос эхом отозвался в храме:
— Твое поклонение принято, твое желание исполнится. Отныне ты — злой дух. Иди и убей всех, кто причинил тебе зло.
Вспыхнул пронзительный кроваво-красный свет.