— За две жизни я ни разу не пытался убить тебя… а ты вот как со мной обращаешься?!
Выкрикнув последнее слово, он поднял руку, чтобы сформировать печать, и тут же перед ним появился темно-синий барьер, заблокировавший атаку Чу Ваньнина.
Однако, присмотревшись, можно было заметить, что барьер не родился из воздуха, а был образован длинным мечом без ножен… Это был Бугуй. Тело Ши Мэя было до краев наполнено духовной энергией Тасянь-Цзюня. Аура императора была такой мощной, что даже Бугуй, не признав своего хозяина, откликнулся на призыв Ши Минцзина и теперь был готов служить ему.
Глаза Чу Ваньнина потемнели:
— Нет, это ты убил меня в обеих жизнях, — сказал он.
Когда золотой меч был отведен назад, после яркой вспышки на созданном Ши Мэем барьере появилась едва заметная трещина. Ши Мэй увидел, как Чу Ваньнин, перевернувшись в воздухе, ногами ударил прямо по трещине. Используя всю силу отдачи, он отскочил назад и в следующий миг направил Хуайша прямо на него! Были слышны лишь раскаты грома, и черные тучи быстрее помчались по потемневшему небу в тот момент, когда в сердце бури, что потрясла до основания всю Поднебесную, Хуайша пробил барьер Ши Мэя!
Ши Мэй вскинул руку, чтобы блокировать атаку, но в конце концов он все-таки не был Мо Вэйюем.
Ему не удалось выдержать напора Хуайша, поэтому вырванный из его рук длинный меч с лязгом вонзился в землю. В следующий момент сияющее золотом божественное оружие пронзило грудь Ши Минцзина!"
"— Ах... — Ши Мэй с большим трудом смог уклониться, чудом избежав смертельного ранения в сердце, но полностью уйти из-под удара ему не удалось. Алые брызги разлетелись во все стороны. Хуайша насквозь прошил плечо Ши Мэя и, умывшись в его крови, вернулся в руку Чу Ваньнина.
Ши Мэй упал на землю. Среди обломков кладки и черепицы он из последних сил старался зажать рану и подняться на ноги.
В его взгляде читались ярость и дикая злоба:
— Почему ты помешал мне! Зачем меня останавливаешь?! Если ты остановишь меня, те, кто уже умер, смогут вернуться к жизни?! Если ты остановишь меня, жизнь у всех вас снова станет прекрасной? А может, остановив меня, ты сможешь вернуть в прошлое эти два мира?!
Чу Ваньнин спустился с небес на землю и, приземлившись на носки, твердо встал на ноги посреди руин.
Он промок насквозь, кровь продолжала течь из его ран, но из-за выражения полного безразличия на его лице он был совершенно не похож на Чу Ваньнина.
То, что он только что сказал, было правдой.
Цветок Вечного Сожаления Восьми Страданий Бытия поглотил его возлюбленного, поэтому в обоих мирах он умер от рук Ши Минцзина. В обеих жизнях.