В 914 году битва на Итиле разрушила мир между хазарами и русами. Русский воевода Свенельд и его брат Годред отправляются в поход, чтобы отомстить за погибших и завоевать сердце красавицы Ульвхильд. Но на их пути встанет молодой хазарский полководец Ярдар, готовый защищать свой народ любой...
Раздел Chitat.online для книги «Хазарский меч» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В 914 году битва на Итиле разрушила мир между хазарами и русами. Русский воевода Свенельд и его брат Годред отправляются в поход, чтобы отомстить за погибших и завоевать сердце красавицы Ульвхильд. Но на их пути встанет молодой хазарский полководец Ярдар, готовый защищать свой народ любой...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В 914 году битва на Итиле разрушила мир между хазарами и русами. Русский воевода Свенельд и его брат Годред отправляются в поход, чтобы отомстить за погибших и завоевать сердце красавицы Ульвхильд. Но на их пути встанет молодой хазарский полководец Ярдар, готовый защищать свой народ любой...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хотя размерами Кудояр почти не уступал Тархан-городцу, людей в нем, как заметил Ярдар, жило меньше, простора оставалось больше. Отдельные дворы имели легкие ограды, чтобы свиньи и куры не разбредались. Вратимир с посохом в руке обходил площадку, с востока на запад, как само солнце, очерчивая обережный круг. По пути кивал немногим жителям, кто еще возился по каким-то делам, но таких попадалось немного. Настала та пора, когда вечерами уже сидят при огне, но печи были протоплены, заслонки на оконцах задвинуты, дворы казались спящими. Да многие, видно, уже и легли, лишь из нескольких изб доносилось пение сидящих за пряжей женщин.
– Ой на поле, на курганах, – запевал сильный женский голос, и еще несколько подхватывали:
Ой, люли-люли-люли!Растет былка-чернобылка,Ой, люли-люли-люли!На той былке цвели цветки лазоревые.Ой, люли-люли-люли!Никто к цветам не подходит,Никто былку не сломит.Отозвался тут удалый молодец,Он с добра коня соскакивал,Синий цвет той подхватывал.Во шелков платок завязывал.Ой, кому ж мой цвет достанется?Молодой жены у меня нетути…Неспешно удаляясь мимо дворов вслед за Вратимиром, Ярдар еще долго слышал: как молодец предлагает цветок то младшей сестре, то старой матушке, но они отказываются, дескать, это не наше, пока наконец он не встречает красну девушку, которая соглашается взять цветок… Вратимир тоже слушал, неспешно постукивая посохом на ходу, и у Ярдара сильно билось сердце от мысли, что старик думает о том же: молодец с цветком – Ярдар, а та девушка – Унева…
Обойдя жилую часть, Вратимир вышел к святилищу.
– Здесь издавна святое место было, – он указал посохом на площадку за кругом из камней. – Еще при голяди. Потому и дед Вятко здесь своих богов поставил. Мы у них живем, не они у нас.
Три дубовых бога стояли, как три неусыпных стража, спиной к лесу, лицом к городу. У славян было не принято устраивать святилище прямо в жилом месте, этот обычай остался от древней голяди, но сейчас Ярдар подумал: хорошо, что они здесь, – в таком тревожном месте защита чуров и неба особенно нужна. Он никак не мог определить, хорошо ему здесь или нет: само это место было двойственным, с одной стороны – мирным, защищенным и даже уютным, вознесенным над всем светом, но с другой – Окольное, полное кудов, было так близко, что все время попадалось на глаза. Все же странно живым людям сидеть в Сумежье, на полпути между небом и землей."
"Однако и здесь девицы длинными вечерами предзимья прядут лен и поют об ищущих друг друга женихах и невестах, как по всем обитаемым землям.
Вратимир и его гость приблизились к жердевой загородке на краю площадки – этот угол смотрел на лес и долину ручья, уже полную ночных теней.
