Отведя глаза, Ярдар постарался взять себя в руки. Одурел совсем, будто отрок. А он вдовец, у него в Тархан-городце сын подрастает. И главный, кого ему тут надо сосватать, – это сам Вратимир. Но присутствие Уневушки и эту задачу сделало более важной и значительной: если он уговорит вятичей идти в поход, он и хакану угодит, и себе славы прибавит, и ей будет больше чести в таком муже!
– А я, Вратимире, не с пустыми руками к вам приехал, – он снова взглянул на князя. – Сам хакан-бек Аарон передал для вас дары.
– Дары? – Вся семья оживилась, и девушки снова подняли глаза от пряжи. – Нам? Прямо от хакана?
– Это дары для того, кого племя вятичей изберет своим воеводой. Жданко! – Ярдар обернулся к двери, где среди здешних отроков сидели двое приехавших с ним. – Ларь наш где большой?
Поклажу прибывших сложили в клети на Вратимировом дворе, и отроков послали принести ларь. Велев поставить посреди избы, Ярдар отпер его ключом, который носил при себе. Подняв крышку, выложил на лавку сперва хазарский шлем с бармицей, потом кольчугу, степной однолезвийный меч со слегка изогнутым клинком и пояс. У кожаного пояса пряжка, наконечник-хвостовик и две серебряные бляшки с кольцами снизу были отлиты в один узор: росток с тремя листиками. Извлечение даров сопровождалось восклицаниями мужских голосов; женщины, убедившись, что это не для них, отошли, зато все мужчины, не исключая и Вратимира, столпились вокруг ларя.
– Это от хакана для воеводы! – с гордостью повторял Ярдар, будто дары были от него самого. – Кого изберете, тот и владей. Ты бы, Вратимире, как пойдешь в полюдье, взял с собой хотя бы шелом, чтобы людям показать. Пусть знают щедрость и милость хакан-бека!
– А дай-ка мне примерить! – взмолился Заволод.
У него сильнее всех блестели глаза при виде этих сокровищ. С хазарскими доспехами славяне знакомы были давно, однако сами не делали ничего похожего; их кузнецы изготавливали только наконечники стрел и копий да топоры, пригодные как для работы, так и для боя. Кольчуга и шлем, снаряжение знатного воина, сами по себе внушали уважение и далеко возносили их владельца над всеми прочими.
– Примерь, – великодушно позволил Ярдар. – Только шапку какую возьми, на пустую голову шелом не надевают.
Ему пришлось Заволоду помогать, поскольку тот никогда раньше шлема не носил. Когда же наконец шлем был надет, все ахнули: бармица, прикрепленная к наноснику, закрывала лицо, оставляя открытыми только глаза, и всем хорошо знакомый родич вдруг превратился в неизвестное существо с огромной железной головой, грозное, пугающее.
– Чисто змей! – ахнула Добраня, имея в виду того змея, чей налет обращает в прах целые земли.
– Ну как?
Заволод осторожно пошевелил головой, примеряясь к непривычной тяжести.