Про «козла» у него скорее к слову пришлось, само на язык прыгнуло, чем из намерения оскорбить, но он был из тех людей, кто наносит людям обиды, даже не задумываясь о такой возможности, а потом возмущается, ощущая полную свою невинность, если ему ответят тем же.
– Хазары уже нападали на нас, еще весной, когда мы проходили через их земли! – продолжал Свен, хотя уже понял: Ведомил не любит слушать, и очень трудно вколотить ему в голову мысли, которых там не было. – Они убили много наших людей, мы поклялись отмстить им. Для этого мы идем. И ты видишь, что нужно наказать их. Они напали и на твои земли. Нам следует объединиться, пока они не натворили бед.
– Из-за чего… – начал молодец, которому князь отдал шапку. – Позволь, батюшка, я поговорю с ними?
– Поговори! – пропыхтел Ведомил, уже уставший от беседы.
– Это Мирослав, старший сын его, – шепнул Хильдинг. – А вон, позади него – Гостимил, младший.
Мирослав выглядел ровесником Годо; русые волосы, рыжеватая бородка; лицо, простое, но смышленое, внушало надежду, что столковаться с ним будет легче, чем с отцом.
Свен принялся рассказывать о битве на Итиле, стараясь не выдать своей досады. Он уже не раз замечал: почти все, кто уже знал о тех событиях, желали услышать о них из уст самих участников и только после этого начинали верить, что знают правду. Честно говоря, он и сам с трудом поверил бы, если бы все это случилось с кем-то другим.
– Да ну что… – как и многие до него, усомнился Ведомил, когда Свен закончил. – Вы, видно, сами их обидели чем-нибудь. Владыку хазарского. С чего бы им на вас набрасываться?
– Они хотели нашего добра, – Свен уже понял, что здесь не нужны тонкие доводы, а нужны самые короткие и прямые. – А сейчас они хотят твоего добра.
– Взгляни сюда, – Годо показал на три своих шрама на лице; им было уже полгода с лишним, но они еще ясно выделялись на загорелой обветренной коже. – Это оставили мне они, хазары, когда напали на нас нечаянно. Я им этого не прощу и буду мстить.
– Да, попортили тебе красоту, – с неожиданным пониманием отозвался Ведомил. – Девки теперь… Женат?
– Нет. Но Олав отдаст за меня свою дочь, если я сделаю то, зачем пошел.
– Родич, стало быть, будешь, своему князю. – Этот довод тоже был Ведомилу понятен и прояснил для него все дело. – Ин ладно. Но коли вы по своей надобности идете, то мне… М-м… – Он припомнил то, что недавно слышал, – от той добычи, что возьмете, половина следует.
– Хм! – Свен зажал рот рукой, делая вид, будто кашляет, пытаясь сдержать досадливый смех.
– Да ётун тебе в зад! – прошипел Годо, к счастью, по-варяжски.
– Раз такой обычай! – оправдался Ведомил, и сам понимая, что разевает рот уж очень широко.