Автор
В темном переулке вспыхнул белый огонь, словно риторический вопрос на фоне мертвящей тишины. Снайпер бесстыдно сбрасывал драгоценные секунды из золотого дня, его шептанье становилось отчаянным и беззубым в ушах бойца. Сергею казалось, что он стоит на краю вечности, в этом тишине и белых пожарах. Он не мог прервать это неумолкаемое грохотание оружия, словно сердце призрака, которое вырывается из-под земли....
– Не боись, заплатим, сколько скажешь! – успокоила его Милка и втолкнула Анжелу на заднее сиденье, прикрывая ей голову ладонью, как это делают американские полицейские, усаживая в машину арестованных в наручниках.
– Дай телефон, я врачу позвоню, – попросила Анжела, когда «жигуль» сорвался с места.
– Ага, сейчас. – Милка принялась рыться в сумке.
– Девушка, – обратился к Анжеле шофер, – а чего с лицом-то у вас?
– Ничего! – рявкнула в ответ Анжела и повернулась к Милке: – Ну что ты возишься? Давай быстрей.
– Подожди, надо повязку твою перекисью увлажнить, чтобы не присохло.
Огни проезжающей машины осветили салон, и Анжела увидела у Милки в руках вместо телефона какую-то белую тряпку и маленький аптечный флакон оранжевого стекла. Прежде чем она успела что-либо сообразить, ей в нос ударил резкий запах хлороформа.
За полчаса до этого двух наружников, дремавших во дворе в машине, разбудил телефонный звонок, прозвучавший в квартире Анжелы Болдянко."
"– Да что там такое, блин? – проворчал старший лейтенант ФСБ, потягиваясь и таращась на циферблат.
– Алло, слушаю, – ответил в квартире высокий женский голос.
– Людмила Борисовна? Доброе утро, диспетчер такси беспокоит. Машина подъехала, «Жигули», четверочка, голубого цвета.
– Спасибо, сейчас мы выходим.
– Людмила – это вроде домработница ее, – пробормотал сквозь зевоту старший лейтенант, – куда это они собрались на такси в такое время?
– Там «жигуленок» у подъезда, – заметил младший лейтенант, – голубая четверка, с антенной.
– Иди проверь, а я послушаю, что у них за базар. – Старший лейтенант закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья, пытаясь уворовать еще хоть минутку сна.
Младший неохотно вылез из машины.
– Влад, ну ты хоть фуражку надень, – не открывая глаз, окликнул его старший.
Они дежурили у дома Анжелы в машине ГИБДД, на обоих была милицейская форма. Их должны были сменить два часа назад, но что-то там не сложилось, смена все не приезжала. У наружников пошла вторая бессонная ночь, а поскольку совершенно ничего интересного не происходило, они расслабились.
Младший вернулся за фуражкой, пересек двор, заглянул в «жигуленок». На водительском месте дремал белобрысый парнишка лет двадцати. Наружник стукнул костяшками пальцев по стеклу. Парень растерянно захлопал белесыми ресницами.
– Младший лейтенант Мельников.
