Автор
В зеркальном отражении кабинета хозяина мерцала его изображение в зеркале. Прохладное освещение создавало неяркий контраст между бледностью и темными пятнами на белой рубашке, усиливая образ человека, поджидавшего своего жертвы. Ощущение дрожащей атмосферы вокруг наполняло кабинет опасным спокойствием — именно это место будет свидетелем кровавого плана мести....
Нет… ничего не выйдет, уже не выйдет.
Я шла по аллее к корпусу, не обращая внимание на то, что ноги в балетках промокли, а с волос капает вода. Зонта у меня с собой не было, а дождь начался неожиданно, и теперь я насквозь промокла и хотела только одного — быстрее попасть в палату и переодеться в сухое.
В корпусе меня встретила приветливая медсестра, отрекомендовавшаяся Любой, и сразу провела в приготовленную для меня светлую комнату с большим окном.
— Располагайтесь, — сказала девушка, пропуская меня вперед.
Люба ушла, а я, скинув промокшие балетки, босиком прошлепала к шкафу и вытащила чемодан.
Интересно, нет ли тут места, куда можно убрать ее так, чтобы никто не нашел?
Не придумав ничего умнее, я сунула папку под матрас, попробовала, не будет ли мешать, если лечь.
Нет, ничего, вполне терпимо. Правда, ощущение такое, словно мне предстоит спать на мине, рискующей взорваться в любую секунду и разнести меня на куски. Собственно, это практически так и есть.
После прогулки под дождем меня немного знобило, я забралась под одеяло прямо в костюме и никак не могла согреться.
Когда вошла главный врач, я сделала движение, чтобы выбраться из теплого кокона, но она покачала головой:
— Не вставайте. Промокли?
— Да, никак не согреюсь.
— Я скажу, чтобы вам чаю горячего принесли. Ну что, Станислава Юрьевна, поговорим? — сказала она, устраиваясь на стуле у кровати.
— Вы хотите операции обсудить?
— И это тоже. Но сперва все-таки хочу понять, осознаете ли вы последствия.
