Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
Пришлось, с сожалением, немного ускориться, хотя это был мой последний день, когда я мог позволить себе нормально поесть, ведь на планете нам, скорее всего, придется довольствоваться сухими концентратами и питательными брикетами. Если верить тому, что на данный момент известно об обитателях этой планеты, то нам придется всегда быть настороже, а запах готовящегося мяса наверняка привлечет местных хищников.
Лерой поднялась из-за стола и бросила на меня вопросительный взгляд. Я кивнул и, в три глотка осушив стакан сока, поднялся вслед за ней.
— Кстати, Ставрос! Благодарю вас за доставленную в мою комнату, позабытую мной обувь, — девушка подняла лицо и с лукавой улыбкой посмотрела на меня, ее глаза тоже смеялись.
Прочувствовав всю абсурдность ситуации, я фыркнул. Лерой удивленно приподняла брови и еще шире улыбнулась. Я опять фыркнул. Мы одновременно посмотрели друг на друга и засмеялись.
— Ты уж извини, Ставрос, я вчера задумалась и перепутала каюты.
— Ничего, бывает! А я вот вчера немного лишнего выпил.
— И это бывает!
И мы снова засмеялись, от чего между нами словно лопнула какая-то невидимая пружина недоговоренности. И я понял, что продолжения не будет. Это была случайная разовая акция, так сказать. Ну, дружба — это тоже неплохо. В любом случае, эта девушка хоть и миленькая, но все, же не в моем вкусе. Я люблю грудастых длинноволосых брюнеток с тонкой талией и широкими бедрами.
В багажном отсеке нас уже ждал командор.
— Вы не очень торопились! — буркнул он и, похоже, хотел еще добавить что-то язвительное, но сдержался, видимо, вспомнив, что именно семья Лерой спонсирует нашу экспедицию, и она, же будет выплачивать вознаграждение.
Получив по большой стопке вещей, начиная от комбинезона и заканчивая полностью укомплектованной разгрузкой и бластером, я забрал у девушки ее вещи, проводил до каюты номер один. И только хотел предложить ей помочь разобраться со всем этим добром, как меня окликнул командор.
— Ставрос! Пойдем-ка с тобой на спарринг! А то, боюсь, три года простоя для тебя бесследно не прошли. Нам лишний балласт не нужен, я тебя не для этого вытаскивал из тюрьмы."
"Скрипнув зубами, я еле сдержался, чтобы не ответить командору, кого я считаю балластом. Кивнув девушке, пообещал скоро вернуться, правда, позабыл сказать, зачем. Вот она голову ломать будет! Почему-то эта мысль вызвала невольную улыбку.
