Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
— Командор, смотрите!
Трой взволнованно указывал на какую-то темную точку на сплошном зеленом теле планеты, заполнившем весь экран визора.
— Что это?
— Похоже на свободный от растительности участок поверхности планеты! — пояснил звонкий девичий голосок.
— Этот участок слишком быстро увеличивается! Мы что, так стремительно снижаемся? — в голосе Клауса послышались панические нотки.
— Не только. Похоже, он еще расширяется сам по себе, освобождаясь от растительности! — прошептала девушка. И я почувствовал, как вдоль позвоночника и до затылка пробежали мерзкие мурашки, давая понять, что дело дрянь! Нет, не так! Дело — ДРЯНЬ!
Глава 5.
Лерой
Едва мы осознали, что неуправляемый шаттл несется на всех парах к неведомому темному клочку суши, не сговариваясь, бросились к противоперегрузочным креслам. Видимо, эти сиденья были рассчитаны и на подобные нештатные ситуации, так как едва я заняла свое эргономичное кресло, ремни безопасности выстрелили сами, опутывая меня от ключиц и до голеней, а напоследок один широкий ремень захлестнул меня поперек лба, пригвоздив к креслу, как энтомолог бабочку.
Я пыталась зажмуриться, но взгляд невольно притягивало невероятное зеленое полотно, словно лоскутное одеяло, раскинувшееся на экране визора, и состоящее из четко ограниченных участков разной интенсивности зеленого и его оттенков. Было очень страшно! Особенно напрягало каменное выражение лиц мужчин, а в глазах, видимых с моего места, Клауса и Шейна, плескался откровенный страх.
— Входим в атмосферу. Приготовься, будет немного неприятно. Постарайся расслабиться и сосредоточься на ровном дыхании."
"Я не успела спросить, что он подразумевал под этим «неприятно», как шаттл будто врезался в невидимую, но упругую преграду, и за бортом послышалось хорошо различимое шипение, экран визора словно подернулся дымкой, и по нему поползли тонкие трещины.
