Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
Едва он узнал, что вопрос касается светлого быка, оставленного на его попечение, как, выпучив глаза, сам принялся взахлеб о нём рассказывать.
По словам Емельяна, сначала бык вёл себя странно: он отказывался, есть траву. Это очень беспокоило Емельяна, потому что Майкл Доуни лично попросил его присмотреть за животным, а у бычка, похоже, была какая-то болезнь, раз у него пропал аппетит. Но всё же, день на восьмой, бычок всё, же начал есть. Потом пару месяцев всё было спокойно, если, конечно, не считать того, что бык сторонился коров и совсем не мычал.
— Открой дверь!
Емельян рассказывал, как впервые в жизни почувствовал, как волосы встают дыбом.
Утром, вооружившись вилами, на подгибающихся ногах он осторожно вошел в коровник. Мирная картина спокойно жующих свою жвачку коров немного его успокоила. Бык тоже находился в стойле, как ни в чем не бывало, хрустя сеном и совершенно не глядя в сторону скотника.
Емельян уж было подумал, что от одиночества у него уже начались слуховые галлюцинации, и, облегчённо выдохнув, занялся своими обычными делами.
Пусть это «Открой дверь» и оказалось всего лишь галлюцинацией, но рисковать мужчина был не намерен. Отведя стадо подальше от жилья, уже собрался было отправиться назад, как снова услышал этот голос:
— Отвяжи меня! — как бы Емельян не хотел уговорить себя, что это ему опять мерещится, но этот гортанный басовитый голос шел прямо из нутра быка! А, кроме того, рогатая скотина смотрела, прямо на него, словно гипнотизируя.
Скотник уж было собрался дать стрекача, чтобы позвать народ, как услышал:
— Не советую! Тебе всё равно никто не поверит, станешь местным дурачком! А я рано или поздно всё равно подгадаю момент и подниму тебя на рога!
— Что тебе надо? — уже поняв, что сдаётся, дрожащим голосом спросил Емельян.
