В окружении ночи, где каждая звезда кажется ближе к тебе, Вика вдруг предложила работу, которую сразу же заставила задуматься. Этот шеф сияющего лица и глаза как разящий меч — непонятное сочетание тепла и холодности. Медленно выпрямившись от его вопроса, Вика решилась на откровенный ответ, открыв новую страницу в своей жизни....
А хищнику надо всего лишь пройти мимо, пару раз улыбнуться, поиграть бровками, унюхать ответные феромоны — и все, охота закончена.
По мне, так это скучно и неинтересно. Никакого азарта и погони. Отсюда и радости от победы особой нет.
— Да. А вот ты ни разу его не испытывала. В какой бы ситуации мы ни находились. Иногда мне кажется, что я тебя даже раздражаю.
Ник произнес последнюю фразу с таким удивительным выражением на лице, что я не стала его переубеждать — не иногда, а очень часто.
— Разве для сотрудничества это не хорошо? Никакого желания, томных взглядов.
Звучало как оправдание. Дожили, я оправдываюсь в том, что не испытываю сексуального влечения к своему начальнику.
— Это странно, — задумчиво произнес Н’Ери, разглядывая меня с непередаваемым выражением лица. — Измайлова, а ты мне, часом, не солгала?"
"Я недоуменно на него взглянула, ожидая продолжения. Конечно, я ему врала, все врут, но палиться не собиралась. Вдруг хищник сейчас имеет в виду нечто другое?
— Я тебя не возбуждаю, парня у тебя нет, ты, часом, не…
— Нет, — перебила его, поняв, куда он опять клонит.
В этот раз не покраснела.
— Точно?
— Точнее не бывает. Ник, на тебе свет клином не сошелся, не все должны сходить по тебе с ума. Кому-то ты можешь не нравиться.
— Почему я не нравлюсь тебе?
— Не люблю блондинов.
Отмазка глупая и бессмысленная. Ник не блондин в прямом смысле этого слова. Его волосы темно-русые, глаза зеленые, а во второй ипостаси он вообще черный ягуар или пантера.
— Не хочешь рассказывать — не надо.
— Ты не пьешь чай, — ответила автоматически. — Только кофе.
— Так какой? — Улыбка мужчины стала шире, он даже выразительно мне подмигнул, глядя прямо в глаза.
— Черный, с одной ложкой сахара, — ответила ему, понимая, куда именно клонит Н’Ери. — Это ничего не значит.
— Блюдо?
— Бифштекс средней степени прожарки. Как и у большинства хищников.
— Если бы дело было только в еде. А белье какого размера ношу? — Улыбка медленно превратилась в хитрющий оскал.
Подловил-таки.
— Хорошо, — сдалась я. — Я действительно многое о тебе знаю. Но вот ты обо мне — ничего.
— У нас будет целая неделя, чтобы познакомиться получше.
