В окружении ночи, где каждая звезда кажется ближе к тебе, Вика вдруг предложила работу, которую сразу же заставила задуматься. Этот шеф сияющего лица и глаза как разящий меч — непонятное сочетание тепла и холодности. Медленно выпрямившись от его вопроса, Вика решилась на откровенный ответ, открыв новую страницу в своей жизни....
— И меня им напоили для того, чтобы…
— Чтобы снести все мои стены и замки. Я ведь нашел средство, блокирующее зверя, принял его, но… Один вдох, аромат твоего тела с нотками священного вина, и все рухнуло.
— И ты был не в курсе всего этого? — недоверчиво уточнила у Н’Ери.
— Нет.
— Тогда почему ты так рано вернулся? Собирался ведь приехать на следующее утро.
— Узнал, что Берт направился к вам, и ринулся следом. Почти успел.
— А твои родители?
Он заметно помрачнел.
— Про вино не знали, — отрывисто бросил Н’Ери.
— И как давно они знают?
Почему-то я была уверена, что ответ мне не понравится. И ведь не ошиблась.
— Полгода.
— Ч-что?
— Мама сказала, что они знают об этом полгода. И Мээрин начали сватать тогда же.
— Но как? Зачем? — Я пятерней впилась в волосы. — Это какой-то вселенский заговор. У меня просто в голове все не укладывается.
— Остальное она отказалась мне говорить.
— А ты с ним говорил — или к нему сейчас никого не пускают?
— Пускают. Он в сознании, но я с ним не разговаривал. Когда был на полпути сюда, позвонила мама и сообщила, что он хочет поговорить с тобой.
— Со мной? Зачем?
— Видимо, желает покаяться или просто что-то сказать. Я не знаю. Вик, но неужели ты не хочешь узнать правду? Или тебе легче винить во всем меня?"
"— Не знаю, — призналась ему. — Мне бы очень хотелось, чтобы это был сон.
— Насколько иначе? Меня в твоей реальности быть не должно? А нашего ребенка?
— Про это сейчас рано говорить, — упрямо повторила я. — И вообще, еще пару дней назад ты утверждал, что в твоей жизни нет места семье, любви и детям. Или это была ложь?
— Несбыточная мечта, о которой больно даже думать. А она внезапно начала обретать черты, запахи, вкусы и звуки.
— А я? Какое место в ней занимаю я? Инкубатор для детей? И, кстати, почему твой хищник молчит? — спросила я, неожиданно поняв, как изменились наши отношения.
— Потому что уже не надо, — тихо, но твердо ответил Ник. — Потому что все уже произошло.
— Что произошло?
— Беременностью назвать нельзя, но… оплодотворение состоялось. Дальше все зависит от твоего организма.
Как я себя чувствовала после этого? Сложно описать и сравнить не с чем, но было не очень хорошо.
