В окружении ночи, где каждая звезда кажется ближе к тебе, Вика вдруг предложила работу, которую сразу же заставила задуматься. Этот шеф сияющего лица и глаза как разящий меч — непонятное сочетание тепла и холодности. Медленно выпрямившись от его вопроса, Вика решилась на откровенный ответ, открыв новую страницу в своей жизни....
Я была очень даже рада спрятаться за плотными занавесками. Взгляд хищника — тягучий, осязаемый и голодный, с золотистыми бликами — тревожил. От него даже волоски на затылке вставали дыбом. Поэтому, когда стилист громко сообщил, что «платье отпад, ты в нем звезда, но надо переодеться», я вздохнула с облегчением.
— Ты что, не рада? — помогая снять белоснежное платье, спросил Жерар.
— Я еще за волосы тебя не простила.
— Новые отрастут. А так ты стала куколкой. Миленькой, хорошенькой.
Вот и как ему объяснить, что не хочу быть ни миленькой, ни хорошенькой, ни очаровашкой, а уж тем более куколкой.
Девушки стилиста аккуратно складывали вещи в пакеты.
— С размером я угадал, так что проблем не возникнет, — продолжил Жорик, протягивая мне длинное трикотажное платье изумрудного цвета с косами и воротником-стойкой. — Ники все оплатил.
И это тоже не улучшило настроения.
— Не забудь чулки. — Он вручил прозрачную упаковку. — И помни: ты красавица.
Я это и раньше знала.
Платье длиной чуть ниже колен мягко легло по фигуре, четко обрисовав все мои выпуклости. Даже слишком хорошо. Вот поэтому я и не ношу трикотаж. Вроде теплая одежда, а ощущаю себя голой и беспомощной.
Жерар осмотрел меня с ног до головы (переодеваться при нем было не стыдно) и картинно прижал руку к груди:
— Куколка, ты разбиваешь мне сердце.
— Мне нужен пиджак… или куртка… или пальто.
Интуиция кричала, что появляться перед Ником в таком виде не стоит. Не знаю, что произошло, но мое преображение на начальника повлияло как-то слишком сильно.
— Такую фигурку прятать, — всплеснул руками Жерар. — Но ты права. Ники впечатлился и до кроватки может не дотерпеть. Займется совращением в машине, продолжит в самолете. Или вы останетесь в Париже?
— Я не знаю, — ответила, принимая у него бежевое пальто.
— И за печатью следи, — неожиданно серьезно произнес Жерар. — Ник не замечен в оборотах вне резервации, и до полнолуния далеко. Но сегодня она вспыхнула. Я видел.
Холодок страха прошелся по позвоночнику, вызвав дрожь, хотя в платье и пальто было жарко.
— Спасибо.
— Просто будь осторожна.
Выйдя из примерочной, я бросила внимательный взгляд на хищника. Н’Ери, опираясь на стойку, что-то с улыбкой рассказывал девушке на ресепшене.
