В окружении ночи, где каждая звезда кажется ближе к тебе, Вика вдруг предложила работу, которую сразу же заставила задуматься. Этот шеф сияющего лица и глаза как разящий меч — непонятное сочетание тепла и холодности. Медленно выпрямившись от его вопроса, Вика решилась на откровенный ответ, открыв новую страницу в своей жизни....
От напряжения и жажды, которые вывели меня из строя, не осталось и следа. Это снова был тот самый Ник, к которому я привыкла.
— Готова? — поворачиваясь ко мне, спросил он.
— Да, — сказала, а сама бросила взгляд на шею, туда, где виднелся кусочек печати.
Темная. Значит, бояться нечего.
Покупки шофер сложил в багажник, а мы сели в салон.
— Я снял номер в гостинице, — тихо произнес Ник."
"Кивнула, продолжая смотреть в окно, как быстро бегут ручейки по стеклу. Снова пошел дождь.
— Заказал столик в ресторане гостиницы.
Снова кивнула, подтверждая и соглашаясь.
Куда исчезла легкость общения? Почему так сложно рядом с ним? И когда этот чертов укус перестанет действовать?
Тишина.
Шофер вернулся, хлопнул дверцей и завел мотор.
— Я не хотел тебя пугать, — вдруг произнес Н’Ери. — Всему виной метка… Она действует на обоих.
— Может, стоит…
— Нет, — резко перебил он меня и добавил уже тише, сдерживаясь и пытаясь выглядеть спокойным: — Нет.
Ужин пролетел довольно быстро. Мы молчали. Не было обычных шуточек и веселого смеха. Каждый думал о своем. Но я чувствовала, как Ник на меня смотрит, и его метка отзывалась в теле, будоража кровь лучше любого афродизиака.
Номер, кончено, был люксовый.
Тишина в лифте казалась невыносимой, напряжение искрило, грозя обернуться неприятностями. Но печать оставалась темной, а укус… Его магия никуда не делась. Я видела, как раздувались ноздри хищника, когда он вдыхал мой запах, как тяжело сглатывал, и сама плавилась, мечтая побыстрее оказаться в номере и убежать в ванную.
Вошла в номер первой, скинула шпильки и прошла вперед.
— Я первая в душ, — произнесла, не оборачиваясь, но в следующее мгновение меня поймали.
Воздух вышибло из легких, и я застыла, ощутив, как горячая ладонь легла на живот, а другая, не давая дернуться, властно провела по плечу, собственнически схватив за шею.
— Не двигайся, — шепнули губы всего в миллиметре от уха.
Вот так ощущает себя кролик, попав в лапы к удаву. Ой, у удава же нет лап. А как тогда?
Мысли путались, метались, желание, дремавшее внутри, разлилось с новой силой.
Рука с живота спустилась вниз, нажимая и вдавливая. Сильно, грубо, ярко.
Я задержала дыхание и зажмурилась, чувствуя, как он приближается к бедрам. Ладонь замерла. Тихий вздох разочарования против воли сорвался с губ.
Сердце стучало так, что того и гляди выпрыгнет.
